Где в москве находится кукуй


что смотреть в Немецкой слободе. Начало – Москва 24, 02.12.2014

Фото: M24.ru

M24.ru совместно с интернет-проектом "Прогулки по Москве" открыл рубрику, в которой рассказывает о нетипичных интересных местах в городе для пеших прогулок.

Мы уже публиковали путеводители по району Сокол, где жила советская интеллигенция, и любопытной спальной окраине Восточное Бирюлево. На очереди – район бывшей Немецкой слободы на Бауманской (часть Басманного района). В первой из двух частей этого путеводителя мы отправимся на Кукуй, найдем замок Лефорта и узнаем, где могла жить любовница Петра Первого. (Вторую часть прогулок по Немецкой слободе читайте тут).

Ссылки по теме

Немецкая слобода, располагавшаяся на территории современной Бауманской, берет начало в XVII веке. В те времена иностранцев выселили с территории Москвы на правый берег Яузы, где они и отстроили себе отдельное селение.

Поскольку немцами тогда называли не только выходцев из Германии, но вообще любых иностранцев (они не знали русского, следовательно, были в глазах московитов "немыми"), слобода получила название Немецкой. В простонародье же ее звали "Кукуй" - как и ручей, который протекал неподалеку.

Александр, житель района: "На Бауманской живу всю жизнь. Маму от работы поселили в общежитие на Большой Почтовой улице еще до моего рождения. Позднее, ближе к поступлению в школу, нашей семье дали квартиру на Новорязанской улице. С тех пор живем там.

Район Бауманской, безусловно, представляет большую культурную ценность. Здесь много исторических строений. мест, но для меня, прожившего здесь все 28 лет своей жизни, он памятен другим. Я хорошо помню события, с которыми у меня связаны те или иные места. Хорошо помню, как менялся облик района. Где-то становилось для меня лучше, а где-то терялся необыкновенный шарм. Неизменным оставалось одно - я всегда любил и продолжаю любить каждый его уголок".

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Мозаика у станции метро "Бауманская", Бауманская улица, 35/1, строение 9

Прямо у выхода со станции метро "Бауманская" можно увидеть необычный фасад одного из домов напротив. На нем находится большая мозаика с подписью "Немецкая слобода 16 век".

Панно состоит из трех частей. На нем - поселение немцев на правом берегу Яузы. Чуть ниже можно найти небольшие изображения типичных немцев и немок тех времен. Конечно, это не точная историческая реконструкция, а умелая стилизация.

Хотя окончательно иностранцы обосновались на правом берегу Яузы только во второй половине XVII века, первые немецкие поселения здесь действительно появились раньше, в XVI веке. Тогда иностранцы переехали сюда из другой слободы, которую в 1571 году сжег крымский хан Девлет Гирей. Но и эта первая Немецкая слобода на правом берегу Яузы вскоре была разгромлена – Иваном Грозным в 1578 году. Затем немцы вернулись в слободу и отстроили свой городок только после 1652 года, когда им было приказано покинуть дома в пределах Златоглавой.

Кристина, жительница района: "Я живу на Бауманской всего несколько месяцев, родилась и выросла в Люблине. Помню, когда я впервые оказалась здесь - а это было задолго до моего переезда - мне в глаза тут же бросилась мозаика, которая находится прямо напротив выхода из метро. При этом моя подруга, которая живет в этом районе много лет, утверждает, что обратила на нее внимание совсем недавно. Правда, говорят, раньше мозаика была спрятана за какими-то постройками - то ли кафешками, то ли магазинчиками. А потом их снесли, и теперь к мозаике можно запросто подойти поближе, поразглядывать изображение".

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Бывшая рыночная площадь Немецкой слободы, угол улиц Ладожской и Фридриха Энгельса

Неподалеку от станции метро "Бауманская" когда-то находился один из центров Немецкой слободы – рыночная площадь. Место до сих пор сохранило свою прежнюю планировку - несмотря на полную смену застройки. К тому же, здесь до сих пор идет торговля.

Раньше на рынке продавали дрова, продукты и сено. Дошедшие до сегодняшнего дня здания в основном были построены только в середине XIX века, а некоторые даже позже – в начале XX.

Одно из дореволюционных строений примечательно необычной облицовкой. Она – дело рук одного коммерсанта, который в начале прошлого века обновил таким образом фасад старого дома. Здание сохранило не только облицовку, но и выложенные плиткой рамки от старых вывесок, что очень редко и необычно для столицы.

Александр, житель района: "Если пройти от центрального входа школы, в которой я учился, прямо до стрелки, образованной Ладожской и улицей Фридриха Энгельса, то можно оказаться на месте, которое мне нравится сейчас - в детстве оно мне не нравилось. Шумное, утыканное машинами и людьми, а также различными заведениями и магазинами, меняющимися здесь с поразительной скоростью.

Еще недавно по выходным сюда приезжала ярмарка, придавая месту еще большую шума. В этом районе вечно толпится много студентов (совсем рядом - здания МГТУ имени Баумана), что создает особый антураж".

Фото: moscowwalks.ru

Дом Анны Монс, Старокирочный переулок, 6

Немецкая слобода, этот таинственный островок западного мира в столице огромного российского государства, стала настоящей страстью Петра Первого. Именно здесь жили люди, которые умели строить корабли, владели иными неизвестными Московии технологиями и просто жить иначе – совсем не по-русски.

Петр учился морскому делу у обитателей Кукуя Франца Тиммермана и Карштена Брандта, а еще Немецкая слобода подарила ему доброго друга Франца Лефорта. Здесь же встретил будущий император свою знаменитую фаворитку Анну Монс (она же Анна-Маргарета фон Монсон, "Монсиха" и Кукуйская царица), в связи с которой Петр был более десяти лет.

Документальных подтверждений того, где именно жила Анна Монс, нет, однако бытует мнение, что ей могли принадлежать каменные палаты - единственный сохранившийся жилой дом той самой Немецкой слободы. Сейчас он находится на территории завода точных приборов, который не действует с 2004 года.

А пока же точно известно, что палаты принадлежали отцу и сыну Ван-дер-Гульстам, бывшим лекарям царя Алексея Михайловича и Петра.

Аня, жительница района: "Я коренная москвичка, всю жизнь живу на Бауманской. У моего прапрадеда до революции был небольшой собственный магазинчик неподалеку. Когда его раскулачили, пришлось взять жену и детей и уехать в деревню. Мне кажется это доброй иронией судьбы - то, что в итоге наша семья каким-то чудным образом снова оказалась примерно в том же районе".

Фото: m24.ru/ Владимир Яроцкий

Лефортовский дворец, 2-я Бауманская улица, 3

Франц Лефорт, верный друг и сподвижник Петра, родился в Женеве, затем уехал в Голландию, а оттуда - в Россию. В Немецкой слободе иностранец познакомился с будущим великим государем, с которым сблизился. Лефорт в последствии участвовал в Крымских походах, получил чины генерала, адмирала, участвовал во всех делах, предпринимавшихся Петром.

По приказу Петра в 1698 году в Немецкой слободе началось строительство первого здания Лефортовского дворца. Его облик оказался европейским - дворец считается первой попыткой государя освободиться от старых русских архитектурных канонов, которые он так сильно не любил.

Лефорт отметил новоселье в феврале 1699 года, а всего через три недели скончался. Петр Великий стал использовать здания для спектаклей, приемов и праздников. Затем он подарил дворец Меншикову, который его слегка перестроил. Когда Меншиков отправился в ссылку, дворец вернулся в казну. Здание было существенно повреждено во время пожара 1737 года и в 1742 году снова перестроено, однако в стене центрального корпуса сохранились куски петровской кладки.

Сейчас во дворце расположены Российский государственный военно-исторический архив и Российский государственный архив фотодокументов.

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Слободской дворец и МГТУ имени Баумана, 2-я Бауманская, 5

Слободской дворец, который с 1830 года стал корпусом университета имена Баумана (тогда - Воспитательного дома), изначально принадлежал графу Бестужеву-Рюмину. Тот начал строить его в 1749 году.

Дворец возводили так долго, что Бестужев-Рюмин так и не успел в нем пожить: он угодил в ссылку. Здание оказалось в казне и через несколько лет Екатерина II подарила его Алексею Орлову, младшему брату своего знаменитого фаворита.

Орлов практически не жил во дворце, запустил его, и здание в итоге передали князю Безбородко. Тот перестроил здание по проекту Джакомо Кваренги, а затем отдал его Павлу I. Какое-то время здесь располагалась императорская резиденция.

Современный вид Слободской дворец приобрел после 1826 года, когда его после пожара 1812 года перестроил Доменико Жилярди. Здание отвели Воспитательному дому.

В 1868 году ремесленное училище для мальчиков превратился в Императорское техническое училище, на базе которого в советское время создали МГТУ имени Баумана.

Антон, студент МГТУ имени Баумана: "Обожаю окрестности своего вуза. Когда поступил, даже одно время заморачивался, искал путеводители, читал историю. Не сказал бы, что стал спецом в этом плане, но все же основные достопримечательности района и историю Слободского дворца назвать смогу. Здорово, что мне довелось здесь учиться".

Фото: moscowwalks.ru

Река Чечера, Денисовский переулок

Речка Чечера, приток Яузы, была заключена в трубу в начале XX века. Сейчас она протекает под Нижней Красносельской, Доброслободской улицами, Денисовским переулком. Именно по этой реке раньше проходила граница Немецкой слободы. Неподалеку от Денисовского переулка в нее впадал ручей Кукуй, который дал название слободе.

Александр, житель района: "Доброслободская улица, Денисовский, Аптекарский и Токмаков переулки - самый любимый городской прогулочный район, наверное, не только на Бауманской, но и во всей Москве. Маленькие дворики, детские сады, магазинчики, жилые дома. Здесь всегда очень спокойно. Особенно в летние месяцы, когда улицы и дворы совсем пустеют.

Через этот район я любил ходить либо в сторону станции метро Курская, либо к парку Лефортово - тоже одно из любимых мест в районе, как и набережная Яузы в целом - в котором сейчас привлекает небольшой бесплатный каток и тюбинги на прудах".

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Дом Франца Гильфердинга, Старокирочный переулок, дом 5, строение 1

В начале XVIII века слободу стали застраивать дворцами знати. Если небольшая автономия слободы (возможность не платить налоги, варить пиво, торговать вином) пропала еще во времена Петра, то при Екатерине Великой слободской уклад жизни почти совсем исчез.

Здесь, между тем, продолжали селиться приезжавшие в Россию иностранцы. Например, Франц Гильфердинг, артист балета, балетмейстер и педагог. В 1758-1764 годах он ставил спектакли и придумывал декорации для петербургский и московских балетных трупп.

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Здание Лефортовской полицейской части, Старокирочный переулок, 13

В 1770-х здесь была возведена городская усадьба Нестерова. Здание оказалось настолько крепким, что пережило пожар 1812 года. Через 20 лет после пожара тут решили разместить Лефортовскую полицейскую часть.

В настоящее время в старом здании - Институт бизнеса права, факультет Московского государственного юридического университета (МГЮА).

Лариса, жительница района: "Я живу неподалеку от здания бывшей полицейской части, там сейчас институт. Мне кажется, жить на Бауманской - это просто мечта. Люблю свой район, здесь есть, что посмотреть, много старинных домов, красиво".

Фото: m24.ru / Владимир Яроцкий

Новокирочный и Старокирочный перелуки

Раньше оба переулка назывались просто Кирочными. Неподалеку от них, на нынешней улице Радио, 17, располагалась построенная в 1764 году и уничтоженная после революции "старая" кирха, лютеранская церковь Святого Михаила. Отсюда и название. В XVI веке на ее месте располагалась первая в России лютеранская церковь. До пожара 1812 года поблизости была еще одна, "новая", кирха - Святых Петра и Павла.

Названия переулков сегодня вызывают путаницу, потому что "старая" кирха располагалась ближе к современному Новокирочному переулку, а "новая" - к Старокирочному.

Хотя "старая" кирха была снесена в 1928 году, на Новокирочном переулке можно найти здание лютеранского училища, построенное в конце XIX века. Ранее, в XVII веке, местный учитель Иоганн Готфрид Грегори ставил с воспитанниками сценки на религиозные темы. Слухи об этом дошли до царя Алексея Михайловича, и он предложил Грегори устроить театр в Преображенском. Так в России появился первый придворный театр.

На месте "старой" кирхи после революции построили здание ЦАГИ (аэрогидродинамического института). При сносе церкви была обнаружена могила Якова Брюса, естествоиспытателя и ученого, которому столичная молва приписывала колдовские способности. Что стало с местом погребения "чернокнижника" в дальнейшем - неизвестно.

Фото: moscowwalks.ru

Фанагорийские казармы, Бригадирский переулок, 13

Фанагорийские казармы - самое старое из зданий, сохранившихся на Бауманской улице. Изначально, в начале XVIII, на этом месте располагался дом хирурга немецкого происхождения Иоганна Лестока, высланного из России при Петре и возвращенного Екатериной I.

Лесток стал первым в России придворным лейб-медиком. Он, кроме того, был тайным советником Елизаветы Петровны и оказался в числе организаторов дворцового переворота 25 ноября 1741 года. После возведения Елизаветы на престол иностранный доктор, впрочем, вновь оказался в опале, его сослали и освободили только при Петре III.

В середине XVIII здание перестроили для сената (предыдущее сгорело в пожаре), в XIX веке его заняли военные. Сначала здесь располагался кадетский корпус, потом - батальон Троице-Сергиевой лавры,а затем Фанагорийский полк. Сейчас в казармах - научный центр Министерства обороны России.

Дмитрий, житель района: "С детства живу на Бауманской, очень люблю свой район и много о нем знаю. Я вообще увлекаюсь историей. Помню, в школе выиграл какой-то конкурс на знание нашего района. Никто из сверстников не знал, что такой Кукуй, да и со "старыми" и "новыми" кирхами они запутались".


Анна Теплицкая

Районы-кварталы: Немецкая слобода. | moscowwalks.ru

Сегодня в рамках одной из наших любимых рубрик Районы-кварталы мы прогуляемся по сильно обжитому району бывшей Немецкой слободы на современной Бауманской.

Конечно, от бывшей именно немецкой слободы остались лишь редкие напоминания, при этом добавилось много других историй: про Баумана и Пушкина, про советские и дореволюционные повороты истории.

Сходить на Кукуй, прогуляться по новым и старым улицам, вдохнуть старины и подивиться на причудливые наслоения эпох —>


При выходе из метро сразу же можно заметить на одном из брандмауэров вид немецкой слободы в 16 веке, еще до того, как сюда ездил будущий император Петр:

В городе иноземцам селиться не разрешали, вот они и выстроили отдельную деревушку за его пределами. Интересно, что Иван Грозный, чтобы не тратиться на содержание иностранцев, среди которых было много пленных ливонцев, разрешили им варить пиво и торговать вином. А в Москве то в то время действовал «Сухой закон», до того, как Грозный не открыл первый кабак для опричников. Вот все жители города и ходили пить в Немецкую слободу. Некоторые историки считают, что как-раз отсюда и пошло выражение «уйти в запой», то есть уходили в буквальном смысле слова в запой на несколько дней в Немецкую слободу, и возвращались назад из запоя в Москву.
Со временем деревушка сильно разрослась, иноземцы разбогатели, но во времена смуты Лжедмитрий I сжёг слободу до тла. И иностранцы снова стали селиться в черте города, пока они там всем не надоели к середине 17 века, и Алексей Михайлович не выгнал их снова на Яузу. Но на Яузе слобода быстро отстроилась, похорошела и стала выглядеть, как небольшой провинциальный немецкий или голландский городок.


Александр Бенуа. «Отъезд царя Петра I из дома Лефорта»

Все это иностранное великолепие, конечно, со временем исчезло, но при этом место освоила и новая знать.

Так, например, почти напротив выхода из м.Бауманская можно видеть богато украшенный дом бригадира Карабанова 1770-х гг.

Здесь же на Бауманской улице располагается школа №353 имени Пушкина.

Здесь же установлен бюст Пушкину в детстве с непременным голубем в вихрах.

В какой-то момент истории стало принято считать, что именно на этом месте стоял дом, где родился Александр Пушкин.


Даже мемориальная доска есть

При этом знаменитый москвовед Сергей Романюк работая в Центральном архиве научно-технической документации выяснил, что на самом деле дом коллежского регистратора Ивана Васильевича Скворцова, у которого семья Пушкиных снимала квартиру в конце XVIII века располагался несколько в стороне от Бауманской улицы — на углу Госпитальной улицы и Малого Почтового переулка:

Дом, в котором родился Пушкин, был деревянным и сгорел в пожаре 1812 года. В ранние советские годы это место выглядело так:

А сейчас примерно на этом месте расположена школьная столовая

Угол Ладожской и Фридриха Энгельса (до революции — Ирининская улица) неподалеку от м.Бауманская. Это был один из центров немецкой слободы, который несмотря на полную смену застройки до сих пор сохранил планировку рыночной площади.


При этом в дореволюционных зданиях до сих пор торговля идет во всю — свято место пусто не бывает.

Пестрые здания разных эпох до сих пор занимают кабаки, конторы и лавки.

В середине 19 века в одном из зданий Немецкого рынка располагался трактир «Амстердам» Никиты Соколова, где кутили местные авторитеты. Пили и беспредельничали в этом трактире целыми днями и ночами, и местных жителей это раздражало. Но владелец трактира откупался от полиции. И вот, когда в 1860-е годы устроили Мировой суд в здании Лефортовской полицейской части, тут же посыпались туда жалобы от жителей района Немецкого рынка. Судья Данилов нашёл в уставе пункт, по которому он сам может составлять протокол, и однажды, он решил наведаться в трактир посреди ночи, когда по закону он должен был быть закрытым. Судья зашёл в трактир, а Никита Соколов увидели у Данилова на груди судейскую цепь, и видимо дал команду своим людям. В этот же момент во всём трактире погас свет, и Данилов не мог понять, что происходит. Когда нашёл лампу или свечу, и стало видно хоть что-то, он обнаружил, что никого вокруг нет! Соколов дал всем команду быстро покинуть трактир. Позже судья Данилов доложил об этом происшествии полицейскому приставу Шешколвскому, написав ему замечание. Но полицейский Шешковский, вместо того, чтобы заняться трактиром, обвинил судью Данилова в превышении полномочий и оскорблении полиции. Видимо хорошо угождал Никита Соколов полиции. В итоги судью приговорили к выговору. Но и взяточника Шешковского сняли с должности. И только владелец трактира Соколов не пострадал. Тем не менее к концу 19 века «Амстердам» постепенно потерял популярность, и в итоге закрылся.


Обратите внимание на дом на переднем плане за припаркованной БМВ. Еще до революции какой-то коммерсант, наплевав на всех и на старый облик дома (см. его второй этаж) облицевал фасад первого этажа дорогой плиткой. При этом выложенные плиткой рамки от старых вывесок можно наблюдать до сих пор.

В одном месте на Бауманской улице сохранилась даже табличка с дореволюционным номером дома. Правда, искать ее на доме 20 по этой улице бесполезно, нумерация изменилась.

При этом застройка Бауманской улицы разнородна как и во всей Москве.


Советские здания перемежаются с доходными домами и небольшими еще деревянными зданиями

В Малом Гавриковом переулке стоит уникальное здание в стиле модерн.


Это бывший Храм Покрова Пресвятой Богородицы, построенный к 1911 г. и закрытый в советское время.
Поскольку храм не находился в ведении Русской Православной Церкви, а был старообрядческим, то до сих пор богослужений здесь не проходит. В 1992 году здание даже поставили на государственную охрану, а в середине 2000-х капитально отремонтировали, но при этом внутри с 1960-х до сих пор располагается спортивный зал (секции бокса и борьбы). Крестов, как видите, нет. Уже много лет старообрядческая община пытается вернуть храм верующим, но пока тщетно.

Неподалеку на Бауманской улице есть еще одно старообрядческое место Москвы:


Это чудом уцелевшая колокольня старообрядческой церкви Великомученицы Екатерины. А церковь на самом деле была домовая, она находилась в доме московского купца 2-й гильдии И.И. Карасёва, и существовала ещё с 1872 году на втором этаже дома. А в 1915 году была построена отдельная колокольня. В итоге в 1979 году сам дом Карасёва, с бывшей моленной был снесён, осталась лишь одна колокольня. Во дворе сохранилось здание «Карасёвских бань», построенных цинковальным заводом в 1903 году. Заводом этим тоже владел купец Карасёв


А это флигели усадьбы графини Головкиной, домоправителем которой был Иван Васильевич Скворцов, и именно здесь висела первая мемориальная доска, посвящённая Пушкину. До революции считалось, что он родился здесь. Было известно лишь, что родился во владении у Ивана Скворцова, но его участка тогда ещё не нашли, это был единственный адрес, связанный со Скворцовым, вот радостные краеведы позапрошлого века и повесили доску сюда, и назначили это местом рождения Пушкина, хотя владела то этой усадьбой именно графиня Головкина, Скворцов был всего-лишь домоправителем


На территории слободы встречаются и здания в стиле конструктивизма конца 1920-х — начала 1930-х годов. А этот дом интересен тем, что здесь сохранилась круглая табличка образца середины 20 века над угловым балконом. Такие таблички делали с 1949 года по 1970-е. Эмаль спасала их от коррозии, и называли их «вечными». Большинство сохранившихся и сейчас в хорошем состоянии

Во дворе по Малой Почтовой улице можно найти усадьбу Дмитрия Петровича Бутурлина. Бутурлин жил во времена Екатерины II, и она даже его крестила, пожаловав ему при крещении чин сержанта гвардии, полагая, что он пойдёт по стопам своего дела — генерал-фельдмаршала. Но его военная карьера не интересовала, он увлёкся французской революцией, хотел уехать в Париж, но Екатерина его не отпустила. А он взял и бросил гвардию назло ей, перебрался в Москву и занялся обустройством этой усадьбы. Усадьбы была шикарная, с огромным парком, прудами и оранжереями, простиралась она вплоть до самой Яузы. На фотографии выше как-раз виден её главный, парковый фасад. Впрочем, это уже ампирная перестройка. А Бутурлин живя в Москве, с 1809 года числился директором Эрмитажа, при этом никакого участия в жизни музея не принимал. В этой усадьбе на Яузе у него имелась огромная коллекция книг, изестная как «Бутурлинская библиотека». Считалось, что она погибла в огне 1812 года, тем не менее часть книг позже нашли на Сухаревском рынке, так что скорее всего она стала жертвой не пожара, а воров-мародёров. Кстати, Бутурлины были родственниками Пушкиных, и Александр Сергеевич в детстве часто гостил в этом доме.


Сам дом сначала был одноэтажным, и построен был ещё в середине 18 века. С торца отлично видны наслоения разных эпох, от 18 до 20 веков. Интересно, что первый этаж не кирпичный, а белокаменный — редкий пример именно не подвала, а первого жилого этажа


Здание Первого московского юридического института в свое время пережило даже пожар 1812 г. и до революции было Лефортовской полицейской частью

Из донесений части в 1902 г.

24 февраля кр. Арсений Симонов Еганов, 27 лет, проходя в нетрезвом виде с сожительницей своею, кр. Гликерией Морозовой, 27 лет, по Лефортовской площади, неожиданно набросился на нее и стал наносить ей побои. Еганова задержали. При расспросах он сознался, что ему пришло на память какое-то происшествие, бывшее с Морозовой, в нем заговорила ревность, и он, забыв, что находится на улице, стал «учить» Морозову. Ревнивого буяна отправили в участок

Если пройти во дворы советских домов можно увидеть ординарную застройку этого района начала 20 столетия:


А это самый старый дом Немецкой слободы, легендарный дом Анны Монс. Впрочем, документальных подтверждений того, что тут жила любовница Петра, не имеется, известно, что её дом находился примерно в этом месте. А первые известные владельцы этого дома — это придворные царские лекари голландцы Ван-Дер-Гульсты, они тут жили уже в 18 веке. Тем не менее установлено, что до построен ещё до Петра, при Алексее Михайловиче, видимо в 1670-е годы. И не исключено, что именно он мог при Петре принадлежать немке Анне Монс. Так ли это было или нет, остаётся загадкой.


В конце 17 века дом был перестроен в стиле «Нарышкинского» барокко. Естественно, в 19 веке его перестраивали в классическом стиле. Но в советское время реставраторы восстановили три белокаменных наличника 1690-х годов. Как мы видимо ничего явно немецкого в архитектуре нет, то есть облик характерен для зданий Москвы того времени. А вот как выглядела деревянная застройка слободы, остаётся загадкой. Возможно и было что-то похожее на Европу.


А это следы срубленных белокаменных наличников 17 века, которые обнаружили в советское время под сбитой штукатуркой. По этим следам наличники и восстанавливают.

Старокирочный переулок прекрасно сохранил историческую застройку.


Это дом живописца и балетмейстера Фраца Гильфердинга, который жил в России во времена Екатерины II, ставил балетные спектакли и писал декорации для театральных постановок в Москве и Петербурге. Справа сохранилась деревянная пристройка 19 века.

Двинемся вниз по 2-й Бауманской

Здесь можно видеть дворец, построенный по указанию Петра I на переломе 17 и 18 веков для генерала Франца Лефорта.


Именно здесь Петр I устраивал свои знаменитые пьяные ассамблеи. Пышно было отпраздновано новоселье Лефорта, а через три недели после этого он скончался в возрасте 43 лет.

В стене центрального здания можно видеть куски старой, еще петровской кладки

В 1706 году Пётр подарил этот дом другому своему другу и сподвижнику — Александру Меншикову, который жил во дворце 20 лет. В 1727-30 гг. дворец был местом пребывания несовершеннолетнего императора Петра II, сначала в 1727 году умерла здесь его сестра Наталья, 15 лет, от чахотки. Через три года в этом же здании умер и сам Пётр II. По преданию в 1730 году, в день венчания 14-летнего Петра II и Екатерины Долгоруковой, карета невесты, которая ехала из Лефортово, была слишком высокой, и венчавшая её корона не пролезла в арку дворца, была сбита. Все это посчитали предзнаменованием несчастий. И действительно, точно в намеченный день собственной свадьбы император скончался от оспы. В середине 19 века в это здание поселили московское отделение архива Главного штаба. Интересно, что и по сей день в этом доме архив, военно-исторический и фонодокументов. Редкое для Москвы постоянство!

Обширное соседнее домовладение занимает ныне Университет им.Баумана.

Этот дворец принадлежал графу Бестужеву-Рюмину, затем канцлеру Безбородко, который желая выслужиться подарил его императору Павлу I в 1797 г., после чего недолгое время здесь была одна из императорских резиденций, пока дом не сгинул в пожаре 1812 г.
Однако в 1820-х здание восстановили и преобразовали в дом для мальчиков-сирот, где их обучали ремеслам, а уже в 1868 г. простое ремесленное училище преобразовали Императорское техническое училище, на базе которого в советское время и появился МВТУ им.Баумана. Как и в соседнем Лефортовском дворце, историческая справедливость торжествует. Вот уже почти 200 лет тут учебное заведение по одному профилю


В центральной части фасада можно видеть странное смешение жанров — советские ордена и древнеримскую богиню Минерву, покровительницу всех ремесел, изобретений и всовозможных полезных открытий, в целом.

Студенты механико-технологического факультета Императорского технического училища во дворе здания:

Здание поликлиники МГТУ им.Баумана, построенное Львом Кекушевым, до революции было общежитием

А вот соседнее лабораторное здание Университета, за советское время, к сожалению, изменилось до неузнаваемости.

Было:

Стало:

А дворовый фасад Кекушевского здания общежития и поликлиники совершенно брутален, похож на фабрику или казарму для рабочих.

Контраст парадного и дворового фасадов этого здания.


А это деревянный дом в Денисовском переулке, 1913 года постройки. Причем он уникален своей архитектурой, не похож на большинство двухэтажных деревянных домов. Этот дом с ярко выраженными чертами неоклассицизма, такой фасад мог быть построен и в камне. К сожалению, состояние дома плачевное, он требует реставрации. А сейчас в нём находится паспортный стол района.


На фотографии видно понижение, которое отмечает русло реки Чечёры, убранной в трубу. По этой реке проходила граница Немецкой слободы в 17 и 18 веках, и примерно здесь в неё впадал ручей Кукуй, который дал название и всей слободе. Кукуй — это синоним немецкой слободы, да и вообще всей иноземщины на протяжении многих веков. Есть версия, что такое название происходит от немецкого слова kucken (глядеть), что якобы немецкие жёны видели что-то странное в проходящих мимо русских солдатах, и кричали своим мужьям: «Kuck sie! Kuck sie!», — «глянь сюда!». А сторонники старых патриархальных традиций Москвы, говорили немцам: «Пошёл на кукуй!», ведь до Петра I иноземцев в Москве не приветствовали.


Эта классическая усадьба интересна тем, что его главный фасад выходит во двор, а не на переулок. Сейчас слева торчит двухэтажный дом, а когда-то его не было, и усадьба выходила во-первых к долине реки Чечёры и ручья Кукуй, а во-вторых замыкала перспективу Денисовского переулка, который делает два небольших излома в районе пересечения с руслом Чечёры. Кроме этого, в основе усадьбы сохраняются палаты 17 века, их выдают окна первого этажа, утопленные в землю. На 1-м этаже ещё сохраняются своды, и это одно из трёх зданий 17 века в немецкой слободе. Конечно, много домов ещё не исследовано, и их стены могут хранить в себе тайны, быть может зданий того времени на самом деле и больше.


Вот здесь хорошо виден излом переулка, и здание, закрывающее вид на главный фасад дома с предыдущей фотографии. А когда-то фронтон дома замыкал перспективу переулка.


Здание текстильной фабрики Щаповых, построенное в конце 19 века. Сейчас в нём устроена библиотека.


На углу стоит дом фабриканта Щапова. Это считается первой построкой гения модерна Фёдора Шехтеля. Тогда, в 1884 году, когда он перестраивал этот дом, ему было всего 24 года, и его ещё никто не знал. Но даже в этой архитектуре проявляется зарождение творческого почерка зодчего. Например, высокие крыши здания. Позже этот мотив был использован во многих творениях Шехтеля, например в Ярославского вокзали и типографии Левенсона в Трёхпрудном переулке.

Именно с этой фабрикой связано убийство революционера Николая Баумана. 31 октября 1905 года Бауман после собрания революционеров в техническом училище направился с группой демонстрантов освобождать заключённых из Таганской тюрьмы, и присоединял по пути группы рабочих. Очередную группу ему захотелось присоединить у фабрики Щаповых, но не тут то было, к нему подбежал один из рабочих, и ударил то ли ломом, то ли водопроводной трубой по голове, от чего Бауман упал замертво. Но в 1920-е годы были опрошены свидетели убийства, и версии разных людей расходятся в деталях, одни говорят, что Бауман ехал на извозчике, другие говорят, что шел пешком, но самое интересное, что ни один не узнал человека, который нанёс Бауману удар. Единственным доказательством его вины было собственное признание в убийстве. И назвался он дворником Михалиным, рабочим фабрики Щаповых. Считается, что это был агент царской охранки, а может быть черносотенец. Так или иначе, в 1930-е годы из Баумана сделали революционную икону, и началась тотальная бауманизация района, сам район назван Бауманским, Немецкая улица переименована в Бауманскую, метро названо Бауманской, создан сад имени Баумана и так далее.

Удивительно, но это не единственный Николай Бауман, связанный с этими местами. В конце 17 — начале 18 века в немецкой слободе жил ещё один Николай Бауман, генерал, который активно участвовал в жизни слободы, содействовал постройке новой лютеранской кирхи. Вот такие совпадения!


Вот так сейчас выглядит самое старое из сохранившихся домов на Бауманской улице. Построено оно было еще в начале 18 века как почтовый двор, потом было пожаловано доктору Иогану Герману Лестоку, который приехал в Москву при Петре I в числе «нужных для России людей», до этого он служил лекарем во французской армии. Так вот пошли слухи, что Лесток имеет любовную связь с женой царского шута Лакосты, да и не только с женой, а ещё и с его тремя дочерьми. Пётр когда узнал, был в бешестве, допрашивал и пытал Лестока, после чего сослал его в Казань. Но после смерти Петра его жена Екатерина I вернула Лестока, и назначила лейб-хирургом при цесаревне Елизавете. Впрочем он же был и одним из зачинщиков дворцового переворота, который возвёл Елизавету на престол. Но и при ней любитель приключений Лесток опять же натворил разных вещей, за которые его хотели даже казнить, но Елизавета помиловала, заменила казнь ссылкой в Охотск, в итоге доехал он только до Углича. Впрочем и оттуда его освободили, уже при Петре III, когда Лестоку было уже 70 лет.
В 1750-х годах это здание было перестроено в стиле «Елизаветинского» барокко для сената. В 19 веке после перестройки в стиле классицизма Осипом Бове, дворец заняли военные. Тут располагался кадетский корпус, батальон Троице-Сергиевой лавры, а последний дореволюционный владелец — это Фанагорийский полк. И сейчас историческая справедливость соблюдается, в здании находится научный центр Министерства обороны


А это Новокирочный переулок. Интересно, что на нем стояла Старая Кирха, а новая стояла на Старокирочном! От этой путанице, да и вообще о подобных московских казусах у нас была отдельная публикация про Городские заблуждения.
Кирха была снесена в 1928 году, но он неё осталось здание лютеранского училища, это жёлтый дом на фотографии, построенный в конце 19 века. Этому училищу обязан своим появлением первый театр в России. В середине 17 века пастор кирхи, и приходской учитель в этом заведении Иоган Готфрид Грегори ставил сценки на религиозные тематики со своими учениками. Слухи дошли до Алексея Михайловича, он позвал Грегори к себе, и предложил устроить театр при дворце в Преображенском. Театр назвали «Комедийной хороминой», он и стал первым театром в Москве и России.


А вто как выглядела сама Кирха святого Михаила. Ещё при Иване Грозном, в 16 веке именно здесь стояла первая кирха, тогда ещё деревянная. Это была первая лютеранская церковь в России. А кладбище при ней было единственным иноверческим кладбищем в Москве, и именно на нём похоронили в 1602 году принца Иоанна Датского (Шлезвиг-Гольштейнского), которого хотели выдать за дочь Бориса Годунова, царевну Ксению. Он был согласен перейти в православие, но не успел, заболел и умер. Поэтому его и похоронили на лютеранском кладбище.
А кирху сломали в 1928 году, построив на её месте новое здание ЦАГИ (аэро-гидродинамического института). При сносе церкви обнаружили могилу легендарного колдуна Якова Брюса. Что стало дальше с этой могилой, неизвестно.


А это дом в начале Бауманской улицы, в той её части, которая до революции называлась Девкиным переулком, видимо по домовладельцу Девкину. Дом построен в 1914 году для разбогатевшего крестьянина Антона Фролова про проекту архитектора Виктора Мазырина, того самого, что построил особняк Арсения Морозова на Воздвиженке. И этот псевдоготический дом очень подходит по архитектурному стилю Немецкой слободе. Тут даже расположили ресторан «Немецкая слобода», только вот исторически эта территория была уже за пределами слободы, застраивалась она уже в 19 веке.

Вот такой район, многие дома в нём хранят в себе множество тайн и историй, а за привычными классическими фасадами скрывается нечто гораздо более старое и интересное, и много загадок этой слободы ещё предстоит разгадать в будущем.

Спасибо компании BMW Group за предоставленный BMW M135i.Тест драйв можно будет посмотреть в блоге редактора.

Также может быть интересно

Эта запись была опубликована в Среда, апреля 24, 2013 в 16:53 в теме: ГОРОД, Районы-кварталы. Вы можете подписаться на комментарии к этой записи по RSS 2.0. .

Кукуй (урочище в Москве) - это... Что такое Кукуй (урочище в Москве)?

Немецкая слобода в конце XVII века. С гравюры Генриха де Витта. Первая половина листа

Немецкая слобода в конце XVII века. С гравюры А.Шхонебека и его учеников 1705 г. Верхняя половина листа

Неме́цкая слобода́ — место поселения иностранцев в Москве и других городах России в XVI—XVII веках (Воронеж и др.). В Москве немецкая слобода находилась в северо-восточной части Москвы, на правом берегу р. Яузы, близ ручья Кукуй. В простонародье получила название - слобода Кукуй.


Первая Немецкая слобода в Москве появилась при Василии III, который завёл при себе почётную стражу из наёмных иноземцев и отвёл им для поселения слободу Наливки в Москве, между Полянкой и Якиманкой. Эта слобода была сожжена крымским ханом Девлетом I Гиреем во время его нападения на Москву в 1571 году.

Походы царя Ивана IV в Ливонию доставили в Москву очень большое количество пленных немцев. Часть их была разослана по городам. Другая часть поселилась в Москве и для постройки отвели им новое место, близ устья Яузы, на её правом берегу. В 1578 году эта Немецкая слобода была подвергнута Иваном IV погрому.

Покровителем иностранцев был Борис Годунов. В его правление в Москве появилось много иностранцев. Однако Смута принесла с собой новое разорение: Немецкая слобода была выжжена дотла. Её население разбежалось по городам, а те, кто остались в Москве, стали селиться в местности у Поганых прудов, но дома их были на Арбате, на Тверской улице и на Сивцевом Вражке.

Живя в России, иноземцы сохраняли свое вероисповедание, вступая в браки между собой независимо от национальности и религиозной принадлежности. С русскими вступали в брак очень редко и только те, кто принял православную (греческую) веру. Они приезжали в Россию ради торговли или для вступления в службу русским царям в качестве военных, медиков или мастеров разных специальностей. Увеличение их численности в Москве послужило поводом для отделения их от православных москвичей. В 1652 г. по царскому указу их переселили за пределы города - в Новую Немецкую слободу, которая располагалась на том же месте, что и прежняя Немецкая слобода. Сюда же были перевезены из Москвы две лютеранские кирхи, и отведены особые места для них, а также для кальвинистской (голландской) церкви. В XVII в. русские люди, главным образом из придворного дворянства, заимствовали у «немцев» предметы быта. В доме зажиточного русского человека XVII века было уже не редкостью встретить рядом с простыми липовыми или дубовыми столами или скамьями, столы и кресла из эбенового или индийского дерева. На стенах стали появляться зеркала, часы.

Иностранцы, селившиеся в Москве оказывались в выгодном положении: они не платили торговых пошлин, могли «курить вина» и варить пиво. Это вызывало немалую зависть среди русского населения, влияние иностранцев на одежду и быт вызывало опасения духовенства, домовладельцы жаловались, что «немцы» подымают цены на землю. Правительству пришлось удовлетворить эти жалобы. Около 1652 года было приказано немцам продать свои дома русским; иностранные церкви были снесены и всем иноземцам было предложено переселиться в местность Немецкой улицы (ныне - Бауманская улица), где и образовалась новая Немецкая слобода.

К концу XVII века это был уже настоящий немецкий (иностранный) городок с чистыми прямыми улицами, уютными и опрятными домиками. Отношение к Немецкой стороне было не одинаково. Одни благоволили к ней, другие смотрели на иностранцев как на еретиков.

На берегу Яузы во второй половине XVII в. была открыта одна из первых в Москве мануфактур — мануфактура Альберта Паульсена. В 1701 Я.Г. Грегори открыл в Немецкой слободе частную аптеку. Переулок на котором стояла аптека получил название Аптекарского переулка. Пётр I был частым посетителем этой слободы, здесь он познакомился с Лефортом и Гордоном, будущими сподвижниками царя, завёл роман с Анной Монс. При Петре Немецкие слободы потеряли свою автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате.

С начала XVIII в. слободской уклад почти исчез, территория стала застраиваться дворцами знати. На берегу Яузы появилась Шёлковая фабрика русского предприимателя П. Белавина, ленточная фабрика Н. Иванова и др. После наполеновского погрома 1812 г. бывшая Немецкая слобода заселена главным образом купцами и мещанами. По Немецкой слободе получила название Немецкая улица (с 1918 — Бауманская улица). С середины XIX в. название Немецкая слобода исчезает в московской лексике и на её территории частично распространяется название Лефортово.

Лефортовская площадь. здание построено после 1812 года

Литература

  • Князьков С. «Очерки из истории Петра Великого и его времени». Пушкино: «Культура», 1990 (репринтное воспроизведение издания 1914 года).
  • Осетров Е. И. «Моё открытие Москвы». М.: «Московский рабочий», 1987

См. также

Ссылки

Wikimedia Foundation. 2010.

Немецкая слобода и Горохово поле

  • Немецкая слобода - район между станциями метро «Бауманская» и «Курская». 300 лет назад здесь селились работавшие при царском дворе немцы и голландцы.
  • Это было одно из любимых мест Петра Великого. Здесь жили его друзья и сподвижники: Франц Лефорт, Патрик Гордон, его первая любовь – немка Анна Монс.
  • Лефортовский дворец был построен для Франца Лефорта ‒ друга и сподвижника Петра I. Здесь Петр жил во время пребывания в Москве.
  • Слободской дворец после пожара 1812 г. перестраивал Доменико Жилярди. Сегодня это один из корпусов технического университета им. Баумана.
  • Один из самых роскошных домов Москвы – деревянная усадьба Разумовского на Яузе 1799 ‒ 1802 гг.
  • Заметный памятник промышленной архитектуры 19 в. - газовый завод АРМА. Сегодня в заводских цехах разместились офисы, клубы, художественные галереи.

Оглавление

В обширном районе между станциями метро «Бауманская» и «Курская» некогда располагалась знаменитая Немецкая слобода. Место, в котором до сих пор можно найти отголоски времен императоров Петра Первого, Екатерины II и Александра I, полюбоваться Лефортовским дворцом, Елоховским Богоявленским собором, и другими памятниками архитектуры. А рядом со слободой, в местности с говорящим за себя старинным названием Горохово Поле, располагается немало интересных старинных усадеб и церквей.

Триста лет назад за Земляным городом (ныне Садовым кольцом), на берегу реки Яузы появился небольшой европейский городок, сильно отличавшийся от всей Москвы – Немецкая слобода. Ровные, мощеные камнем улицы, кирхи с высокими шпилями – здесь жили работавшие при царском дворе врачи, военные, ювелиры из Западной Европы, преимущественно немцы и голландцы.

Это было одно из любимых мест Петра Великого. Здесь жили его друзья и сподвижники: швейцарец Франц Лефорт, шотландец Патрик Гордон, его первая любовь – немка Анна Монс (фон Монсон). Петр Первый построил здесь Лефортовский дворец и перенес в него свою резиденцию. Немецкая слобода на время стала значимее Кремля. Сегодня границы Слободы стерлись, и множество исторически значимых объектов затерялось среди обычных новостроек.

Бауманская улица. По следам Пушкина.

Бауманская улица носит имя большевика, убитого в этом районе во время первой русской революции 1905 ‒ 1907 гг. Историческое ее название – Немецкая. Именно здесь находился центр Немецкой слободы. В этом районе сохранилось несколько замечательных усадеб: классический, построенный в конце XVIII в. дом Карабанова (Бауманская улица, д. 38, стр. 1) и эклектичная, построенная в 1884 г. по проекту архитектора Александра Каминского усадьба купца Щапова (Бауманская улица, д. 58). Недалеко отсюда, на углу Малой Почтовой и Госпитального переулка, находился дом, в котором родился великий поэт – Александр Пушкин. Его судьба тесно связана с этим районом Москвы: в нескольких кварталах, на Старой Басманной, жил дядя Александра Сергеевича, поэт Василий Пушкин, у которого он часто бывал в гостях. Недалеко отсюда, в Елоховском Богоявленском соборе, прошло крещение будущего поэта.

Елоховский Богоявленский собор

На пересечении Бауманской и Спартаковской улиц стоит церковь Богоявления в Елохово. Тут находилось обычное подмосковное село Елохово, в котором родился московский святой — Василий Блаженный; его мощи сейчас покоятся в Соборе на Красной площади. В XVIII в. оно вошло в состав Москвы.

В Елоховском храме крестили Александра Пушкина, но здание не сохранилось. Нынешний храм в стиле ампир был построен в 1837 ‒ 1853 гг. архитектором Евграфом Тюриным. Это большой пятиглавый собор, к которому с западной стороны пристроена ярусная колокольня.

В советское время храм ни разу не закрывали, и там никогда не прекращались богослужения. После взрыва храма Христа Спасителя в 1931 г. Елоховский Собор на многие годы стал самым большим в Москве, в 1938 ‒ 1991 гг. являлся Патриаршим кафедральным собором. Сейчас Елоховский Богоявленский храм остается кафедральным собором, иногда здесь проводит службы святейший патриарх Московский и всея Руси.

Дом Анны Монс

Слева к Бауманской улице примыкает Старокирочный переулок. Его название связано со «старой кирхой», стоявшей здесь еще в XVII в. К сожалению, историческая застройка почти не сохранилась, но за большим серым зданием завода по правой стороне переулка спрятались палаты Вандергульстов или «Дом Анны Монс» (Бауманская, д. 53, с. 8, Старокирочный переулок, д. 6).

Его хозяевами были голландцы Вандергульсты – придворные врачи русских царей Алексея Михайловича и Федора Алексеевича. По городской легенде, именно здесь жила знаменитая любовница Петра Великого – Анна Монс. Это единственный сохранившийся частный дом Немецкой слободы XVII в. Интересные фигурные наличники сближают его с памятниками «нарышкинского барокко» (церковь Покрова в Филях, храм Архангела Михаила в Андрониковом монастыре). К сожалению, сейчас подойти к этому дому нельзя.

Лефортовский дворец

Лефортовский (2-ая Бауманская улица, д. 3) построил в 1697 ‒ 1698 гг. зодчий Дмитрий Аксамитов для Франца Лефорта ‒ друга и сподвижника Петра Великого, хотя, в сущности, это был дворец самого Петра. Здесь во время своего пребывания в Москве он жил, принимал послов и устраивал ассамблеи. За свою историю дворец становился царской резиденцией еще два раза – во время правления Петра II и Анны Иоанновны. Именно здесь в январе 1730 г. накануне своей свадьбы умер Петр II – и вместе с ним пресеклась мужская линия династии Романовых. Все последующие русские монархи были потомками дочери Петра Великого – Анны Петровны.

В феврале 1730 года в этом дворце императрица Анна Иоанновна разорвала «кондиции» (т.е. условия), которые предъявил ей Верховный Тайный Совет. Последние 200 лет во дворце находится военный архив.

В этом здании традиционные русские палаты и терема с резными белокаменными наличниками встречаются с западноевропейскими анфиладами и регулярным делением фасада. К сожалению, парадный фасад дворца, выходящий на Яузу, сейчас нельзя рассмотреть вблизи – там проходит скоростная автомагистраль.

Слободской дворец

Слободской дворец (2-ая Бауманская улица, д. 5) часто перестраивался и впитал в себя черты самых разных стилей и эпох. После пожара войны 1812 г. дворец перестраивал Доменико Жилярди, боковые корпуса в 1912 г. надстроили архитекторы Лев Кекушев и Иван Кузнецов, а в советское время со стороны Яузы к дворцу было пристроено массивное главное здание МГТУ им. Баумана. Над главным входом помещена многофигурная белокаменная скульптурная группа, выполненная скульптором Иваном Витали. Он изобразил богиню мудрости Минерву, окружив ее аллегорическими фигурами наук и ремесел. С 1826 г. – почти 200 лет – здесь находится техническая школа. Сначала это было ремесленное заведение Воспитательного дома, потом Техническое училище, Московское Высшее техническое училище и, наконец, Московский Государственный технический университет имени Баумана.

Елизаветинский институт благородных девиц

Вознесенская улица (нынешнее название — улица Радио) названа по церкви Вознесения на Гороховом поле. Свернув направо по этой улице, можно дойти до бывшего Елизаветинского института благородных девиц.

Изначально этот особняк принадлежал Никите Демидову – представителю знаменитой семьи уральских горнозаводчиков. Его сын Николай Демидов в 1827 г. пожертвовал свою усадьбу дому трудолюбия, на основе которого вскоре был создан Елизаветинский женский институт. Девушки учились языкам, истории, географии, математике, закону Божьему, домоводству.

Эта традиция отчасти продолжилась в советское время, когда Елизаветинский институт стал Московским областным педагогическим институтом имени Крупской. К сожалению, усадьба Демидовых плохо сохранилась — дворец многократно перестраивался, постройки на территории были частично снесены или надстроены.

Церковь Вознесения на Гороховом поле

Церковь Вознесения на Гороховом поле (улица Радио, д. 2). Этот район стал частью Москвы только в XVIII в., до этого здесь было простое поле, на котором действительно сеяли горох. Знаменитый московский зодчий, Матвей Казаков, занимавший должность главного архитектора Москвы, преобразил его до неузнаваемости.

Москва Матвея Казакова – это Петровский путевой дворец, Сенат в Кремле, Колонный зал Дома Союзов, церкви митрополита Филиппа, Космы и Дамиана на Маросейке и, конечно, церковь Вознесения на Гороховом поле. Здесь Казаков использовал свой любимый мотив – ротонду, в форме которой построено основное здание церкви. Она украшена ионическими полуколоннами, которые созвучны окружающей ротонду ионической колоннаде. К сожалению, внутреннее убранство храма в советские годы было утрачено. Зато сохранилась оригинальная церковная ограда – подлинный памятник 1805 г. Около церкви находится небольшая лавка, где можно купить монастырские пирожки, булочки и коврижки.

Усадьба Разумовского на Яузе

Один из самых роскошных домов Москвы, усадьба Разумовского сопоставима с большими царскими загородными резиденциями – Царицыным, Петровским путевым дворцом, петербургским Павловском или Царским Селом. Вместе с флигелями усадьба занимает половину современной улицы Казакова (ул. Казакова, д. 18). Ее владельцем был граф Алексей Разумовский, министр народного просвещения, тайный советник, сенатор. Усадьба была построена по его заказу в 1799 ‒ 1802 гг. Имя архитектора неизвестно. Среди возможных авторов называют Матвея Казакова, Николая Львова, Джакомо Кваренги.

Дворец Разумовского уникален. Этот деревянный дворец XVIII в. пережил пожар 1812 года! В нем есть одна деталь, которая отличает его от всех аналогичных построек Москвы того времени. Обычно главный вход в дом обозначен портиком. Здесь же он расположен в нише на уровне второго этажа, к нему ведут две изящные полукруглые лестницы. За домом находился регулярный парк, спускавшийся к Яузе.

В советское время бывшую усадьбу Разумовского занял физкультурный институт. Сейчас здесь размещается Министерство спорта Российской Федерации. Пруды засыпаны, на их месте устроены футбольные площадки, а усадьба и парк закрыты для посещения.

Завод АРМА

В улицу Казакова упирается Нижний Сусальный переулок, где недалеко от Курского вокзала расположился памятник промышленной архитектуры XIX в. —  газовый завод АРМА. Он обеспечивал газом 3 000 московских фонарей и работал до 1990-х гг. Теперь в заводских цехах и газгольдерах разместились офисы, клубы, художественные галереи – старый завод получил новую жизнь.

 

 

© 2016-2020 moscovery.com

Автор статьи:
Михаил Калинин

Оцените насколько полезной для Вас была эта статья.

Немецкая слобода - Прогулки по Москве — LiveJournal

Немецкая слобода находилась в северо-восточной части Москвы, на правом берегу Яузы, близ ручья Кукуй. Собственно, в народе это место так и называлась-слобода Кукуй. Ну а немцами в то время именовали любых иностранцев, не знавших русского языка («немых»).


Во время походов Ивана IV в Ливонию в Москве появляется большое количество пленных немцев. Часть их была разослана по городам. Другая часть селится в Москве, где им выделяется место близ устья Яузы, на её правом берегу. В 1578г. эта Немецкая слобода была подвергнута Иваном IV погрому.

При Борисе Годунове в Москве появляется много иностранцев, но во времена Смуты Немецкую слободу сжигают дотла, а ее население разбегается по городам. Оставшиеся в Москве обосновываются у в районе Поганых прудов, на Арбате, Тверской улице и на Сивцевом Вражке.


Постепенно численность иностранцев в Москве увеличивается, что послужило поводом для отделения их от православных москвичей. В 1652г. по царскому указу их переселили за пределы города в так называемую Новую Немецкую слободу, которая располагалась на том же месте, что и прежняя Немецкая слобода. Сюда же были перевезены из Москвы две лютеранские кирхи, и отведены особые места для них, а также место для кальвинистской (голландской) церкви. 


Немецкая слобода и немецкое кладбище на плане Москвы 1630-1640гг. Гравюра из "Путешествия" А. Олеария

Иностранцы, которые селились в Москве, оказывались в выгодном положении: они не платили торговых пошлин, могли «курить вина» и варить пиво. Это вызывало немалую зависть среди русского населения, влияние иностранцев на одежду и быт вызывало опасения духовенства, домовладельцы жаловались, что «немцы» поднимают цены на землю. Правительству пришлось удовлетворить эти жалобы и примерно в 1652г. было приказано немцам продать свои дома русским-иностранные церкви были снесены и самим иноземцам было предложено переселиться в местность Немецкой улицы (Бауманская улица), где и образовалась новая Немецкая слобода.

К концу XVIIв. это был уже настоящий немецкий (иностранный) городок с чистыми прямыми улицами, уютными и опрятными домиками. 

Во второй половине XVII в. на берегу Яузы была открыта одна из первых в Москве мануфактур — мануфактура Альберта Паульсена, а в 1701 Я. Г. Грегори открыл в Немецкой слободе частную аптеку. Переулок, на котором стояла аптека, получил название Аптекарского переулка.


Дом Лефорта

Частым гостем в Немецкой слободе был Пётр I. Тут он познакомился с Лефортом и Гордоном, будущими сподвижниками царя и завёл роман с Анной Монс. Также при Петре I Немецкие слободы потеряли свою автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате.

   
Франц Яковлевич Лефорт                                         Патрик Леопольд Гордон

С началом XVIII в. привычный слободской уклад почти исчез, территория стала застраиваться дворцами знати. На берегу Яузы появились Шёлковая фабрика русского предприимателя П. Белавина, ленточная фабрика Н. Иванова и разного рода другие производства.


После 1812 г. бывшая Немецкая слобода была заселена главным образом купцами и мещанами. По Немецкой слободе получила название Немецкая улица (с 1918 — Бауманская улица). А с середины XIX в. название Немецкая слобода и вовсе исчезает из московской лексики и на её территории частично распространяется название Лефортово.

Пройдемся немного по улицам бывшей Немецкой слободы и посмотрим что же тут интересного...

Главный дом усадьбы Карабановых VXIIIв.

Усадьба была построена по проекту М. Ф. Казакова. Главный дом усадьбы построен не позднее 1770-х гг. В конце XVIIIв. усадьба принадлежала бригадиру Ф.Л. Карабанову, а с 1799г. его сыну, П. Ф. Карабанову, коллекционеру отечественных древ­ностей.

Вдоль Бауманской улицы попадается историческая застройка XVIII—XIX веков

Лефортовская полицейская часть. Старокирочный пер. д. 13
В середине XVIIIв. участком, на котором стоит это здание владел генерал-поручик Мартынов, а в конуе XVIII-начале XIXв.-генерал А.М. Нестеров

В 1832г. этот участок был приобретен казной, и до установления советской власти тут помещался Лефортовский частный дом, в котором располагались казармы полицейских, пожарная часть и канцелярия. Над домом была надстроена деревянная каланча, разобранная в советское время

Жилой дом XVIII-XIX вв. В этом доме жил живописец Франц Гильфердинг, который приехал в Россию в конце XVIIIв. из Вены и писал декорации для театральных постановок в Петербурге и Москве

Лефортовский дворец XVII-XVIIIвв. Вторая Бауманская ул., д. 3
Дворец строился в 1697—1699гг. зодчим Д. Аксамитовым и по окончании строительства был подарен Петром I генералу Лефорту. Планировка дворца говорит о новых принципах русской архитектуры: план симметричен по композиции, на углах и в центре расположены выступы, где помещались залы дворца. В центральном зале находилась огромная изразцовая печь, на стенах висели портреты, называвшиеся тогда «парсунами». Здесь Петр I устраивал свои знаменитые пиры-ассамблеи.

В 1706—1708гг. новый владелец дворца А.Д. Меншиков окружает парадный дворцовый двор замкнутым прямоугольником корпусов с торжественным, тяжелым по пропорциям въездом. Со стороны двора эти корпуса имели аркады, столь типичные для итальянских двориков. В XIX веке аркады в основном были заложены. Автором этих корпусов считают итальянца Дж.М. Фонтана.

Именно тут Петр I резал боярский бороды

В 1729-30 гг. дворец был местом пребывания несовершеннолетнего императора Петра II, смерть которого тоже произошла в этом здании.


План Лефортовского дворца


Лефортовский дворец на переднем плане на фотографии XIXв.

Слободской дворец графа А.П. Бестужева-Рюмина (МГТУ им. Н.Э. Баумана) 1749г. Вторая Бауманская улица, д. 5
После А.П. Бестужева-Рюмина принадлежал А.А. Безбородко, который подарил его Павлу I в 1797 году. В 1797–1812 гг. служил московской резиденцией императоров. В 1812 г. сгорел и отстроен заново в 1826 дл

Кукуйская царица. Почему Петр I не женился на Анне Монс? — История России

Санкт-Петербург хоть и получил образное прозвище «Окна в Европу», но свое первое «окошко» Петр I приотворил в Немецкой слободе в Москве

Вот какая она, Европа

Немецкая слобода находилась на окраине Москвы, на правом берегу Яузы, возле ручья Кукуй. Наш народ горазд давать ёмкие и звонкие названия, вот и в этот раз он назвал это место слободой Кукуй. Немцами у нас называли всех иностранцев, не знавших русского языка («немые»). Появлению немцев в Москве мы обязаны Ливонской войне и походам Ивана Грозного в зарубежье. Было много пленных «немцев», которых разослали по разным городам, а вот некоторым из них повезло, они остались в столице. Им были выделены земли в устье реки Яузы. Первое время в Немецкой слободе жилось несладко. Сначала в 1578 году она подверглась разгрому Иваном IV, а во время Смуты её сожгли дотла, и жители разбежались по другим городам. Часть обитателей всё-таки осталась, но жили они в разных частях города: на Поганых прудах, на Арбате и на Сивцевом Вражке. Постепенно жизнь стала налаживаться, количество иностранцев возросло, и им был выделен тот же участок земли, что был и раньше, правда, назвали его Новой Немецкой слободой. А ещё одним мотивом для переселения в слободу было желание властей отделить иностранцев и иноверцев от православных горожан.

Петр в Немецкой слободе

Источник: pinterest.ru


«Железный занавес» не получился, слобода развивалась. Со временем здесь появились две лютеранские кирхи, а также кальвинистская церковь. В конце XVII века в слободе открывается первая мануфактура, а в 1701 году Я. Г. Грегори открыл в слободе частную аптеку. А тот переулок, где стояла аптека, так и носит название Аптекарского переулка. В результате в Москве появился самый настоящий немецкий городок с непривычно чистыми улицами, уютными и опрятными домиками.

Петр Великий и Кукуй

В те времена особых развлечений в Москве не было, и юный царь Петр зачастил в Немецкую слободу. Здесь он познакомился со швейцарцем Францем Лефортом и шотландцем Патриком Гордоном, которые стали его настоящими друзьями, а со временем – соратниками в проведении многочисленных реформ. Лефорт был человеком весёлым и энергичным, постоянно придумывал новые развлечения. Обладавший изысканными манерами, он смог многому научить Петра, особенно обращению с дамами. Он же и познакомил его с Анной Монс. Среди идей Лефорта было и предложение царю отправиться в Европу, для изучения наук и привлечения специалистов в Россию.

Анна Монс. Кадр из фильма Юность Петра

Источник: pinterest.ru


А вот Патрик Гордон был строгим католиком и семьянином, и именно этот шотландский офицер стал советником царя по военным вопросам.

В Кукуе Петр забывал условности, которые окружали его в Кремле, одевался в иноземные платья, танцевал «немецкие» танцы и устраивал шумные пирушки. Кукуй очень полюбился Петру I, и он даже проложил специальную дорогу от Кремля до этих мест.

Кукуйская царица

Знакомство с Анной Монс быстро переросло в большой роман, который продолжался до 1704 года. Скоро к Анне Монс пристало и соответствующее прозвище «Кукуйская царица». Царь постоянно делал Анне щедрые подарки, а её матери определил ежегодный пансион и даже пожаловал Дудинскую волость в качестве вотчины.

Анна Монс, кукуйская царица

Источник: pinterest.ru


Анна была младшей дочерью золотых дел мастера Иоганна Георга Монса. Правда, есть свидетельства, что он был виноторговцем. Любовь была серьёзной, об этом свидетельствует тот факт, что в день прибытия из Великого Посольства Петр первым делом поехал на Кукуй к Анне, и только через неделю решил показаться дома. Будущий император сослал свою жену Евдокию в монастырь и считал себя вполне свободным для женитьбы на Монс.

Действительно, Анна была полной противоположностью Евдокии. Она всегда была одета в модные европейские платья с декольте, носила сложные причёски и всегда улыбалась. В её доме всегда звучали музыка и смех. Анна говорила с обворожительным акцентом и всегда знала, чем развлечь Петра. Как после этого не спешить на Кукуй?! Скорее всего, мы обязаны Анне Монс тем, что русский царь влюбился ещё и в европейские порядки. Сама же избранница царя относилась к нему с благосклонностью, но нежности не проявляла. В письмах Анны не было ни слова про любовь. Иные историки убеждены даже, что она питала к Петру отвращение. Десятилетний роман держался на инициативе и пылкости царя, а благосклонное к нему отношение Анны держалось только на высоком положении и щедрости Петра.

Любовная лодка разбилась о…

Петр любил Анну, а она лишь пользовалась этой связью, чтобы обеспечить себе и своим близким безбедное существование. Дома, земли, драгоценности – всё преподносилось к её ногам. Время не только лечит, но иногда и калечит. Со временем отношения стали угасать, а потом… вскрылась измена.

Екатерина I (М. Скавронская)

Источник: pinterest.ru


11 апреля 1703 года в Неве случайно утонул саксонский посланник Кенигсек. Утопленника достали из реки только осенью, а в его вещах нашли любовные письма от Анны. Оказывается, этот роман продолжался целых пять лет. Было от чего злиться и бушевать! Неверная девица Монс была посажена под домашний арест. Правда, со временем царь смягчился и даже разрешил ей выйти замуж. Её муженёк, прусский садовник, скоропостижно скончался через три месяца после свадьбы. Анна продолжила жить в Москве.

Тем временем Петр нашёл себе новую возлюбленную – Марту Скавронскую, которая таких глупостей, как Анна, себе не позволяла и смогла стать и женой царя, и императрицей Екатериной I.

В заключение упомянем о дальнейшей судьбе Анны Монс. Она умерла в возрасте 42 лет от чахотки. Замуж она больше не выходила, зато продолжала менять многочисленных любовников. А вот один пикантный случай мы всё-таки должны рассказать. Её младший брат Виллим Монс спустя 20 лет после отставки Анны на свою голову сделался любовником той самой Марты-Екатерины, второй жены Петра. По выяснении обстоятельств в ноябре 1724 года его казнили, а голову заспиртовали…

Обложка: pinterest.ru


Смотрите также:

Где находится Кукуй?

Потешные войска Петра Первого

Первый русский солдат – кто он?

Особый закон для любителей бороды: налог и спецодежда от Петра I

Петровские реформы: зачем, для кого и какой ценой

Где находится Кукуй и зачем туда ходили москвичи.

Сегодня во многих больших городах мира есть районы, выделенные для иностранцев – разнообразные «китайские» или «мексиканские» кварталы, где селятся преимущественно представители одной нации и создается их «маленькая родина». В старину подобный квартал был и в Москве, только жили там не выходцы из Азии, а деловые и практичные европейцы, которых наш народ, по традиции, за неумение говорить на русском языке, всегда называл «немыми» - то есть «немцами».

История Немецкой слободы начинается еще от Василия III. В XVI веке наемные иноземцы, из которых царь создал себе стражу, заселили слободу Наливки в Замоскворечье, однако во второй половине века этот поселок был сожжен. При Иване IV в Москву попали множество пленных иностранцев. Для постройки домов им отвели новое место, близ устья Яузы, на ее правом берегу. Рядом протекал ручей Кукуй – приток реки Чечёры, - по нему новую слободу и назвали Кукуем. Правда, сначала жителям не везло. Немецкую слободу громил и сам Иван IV, когда немцы были «зимой изгнаны нагими, в чем мать родила», а во время Смуты ее вообще сожгли дотла, и жители разбежались по другим городам.

Однако постепенно количество иностранцев в Москве опять выросло, и их присутствие начало раздражать коренных жителей: иноверцы-де соблазняли молодежь своими порядками и модой, повышали цену на землю, и, самое главное, согласно особому разрешению они не платили торговых пошлин, но могли «курить вина» и варить пиво. Подобные «льготы» они получили еще при Иване Грозном (это давало пленным ливонцам возможность не умереть с голоду). Конечно, москвичи были не в восторге от таких соседей. Новая Немецкая слобода была организована насильно: согласно царскому указу от 1652 года, иностранцы, не принявшие православия, должны были разобрать и перенести свои дома на новое место и образовать иноверческое поселение за пределами города.

Немецкая слобода в конце XVII века. Гравюра А. Шхонебека и его учеников, 1705 г.

В результате у границ Москвы появился городок, который стал настоящей «маленькой Европой». Чешский путешественник Бернгард Леопольд Таннер писал о московских «немцах», что «они сохранили… порядок на образец германских городов при сооружении и умножении домов, которые строили красиво и расчетливо». Жители Немецкой слободы, хоть и были выходцами из разных стран, сумели ужиться вместе и создали здесь порядок и чистоту, а москвичи, по старой памяти, ходили на Кукуй в поисках спиртного, которое здесь можно было купить. В 1701 году в Немецкой слободе открылась первая аптека (тот переулок до сих пор носит название Аптекарского), а позднее и первые фабрики – шелковая и ленточная.

Считается, что именно Кукуй мы должны благодарить за реформы, проведенные Петром I. Юный царь в поисках развлечений зачастил в Немецкую слободу. Поселение очаровало его с первого взгляда: чистые прямые улицы, набережная и аллеи, садики у домов – все это очень отличалось от того, что он видел до сих пор. Здесь он нашел друзей, которые оказали огромное влияние на мировоззрение молодого правителя. Швейцарец Франц Лефорт и шотландец Патрик Гордон стали со временем его соратниками в проведении многочисленных реформ. А первая настоящая любовь - Анна Монс - была для Петра гораздо привлекательнее его молодой жены Евдокии.

Анна Монс. Кадр из фильма «Юность Петра»

В Кукуе царь имел возможность забыть об условностях. Он одевался в иноземное платье, танцевал с дамами и устраивал шумные пирушки по своему вкусу. Петр так часто наведывался сюда, что даже проложил от Кремля до Немецкой слободы специальную дорогу. Анну Монс скоро стали в народе прозывать «Кукуйской царицей». Петр очень много делал для нее и ее семьи: постоянные щедрые подарки, ежегодный пансион и Дудинскую волость в качестве вотчины для матери своей фаворитки. Историки не исключают возможность того, что, если бы не глупый роман на стороне, первая настоящая любовь Петра со временем могла бы взойти на русский престол. Однако она, скорее всего, испытывала к своему венценосному любовнику отвращение и просто использовала его для собственной выгоды. Когда в вещах случайно утонувшего саксонского посланника нашли любовные письма Анны, Петр впал в ярость и посадил неверную под домашний арест. Впрочем, затем царь смягчился и позволил своей несчастной бывшей любви выйти замуж. А вот друзья с Немецкой слободы царя не предавали и стали его главными помощниками при проведении реформ.

Однако сам Кукуй еще при Петре потерял автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате. Постепенно иностранцы, получившие возможность, стали селиться по всей Москве, для них с правлением царя-реформатора начинались хорошие времена. Слобода все больше застраивалась дворцами аристократии и теряла свой уклад. После пожара в сентябре 1812 года, когда практически весь район выгорел, бывшая Немецкая слобода стала заселяться в основном купцами и мещанами. С XIX века и сами названия – Кукуй и Немецкая слобода исчезают из речи. Дальше Москвичи стали называть этот район Лефортово.

Немецкая слобода

В старину на Руси "немцами" называли иностранцев, отсюда и название слободы – немецкая, то есть место, где жили "немые" - не знающие русского языка иноземцы.

Располагалась слобода в Москве на правом берегу Яузы в районе современной Бауманской улицы. По слободе протекал ручей Кукуй, поэтому и саму слободу назвали Кукуем. До наших дней сохранились лишь два архитектурных памятника той эпохи. Это Лефортовский дворец конца 17 века и так называемый Слободской дворец 18 века. 

Первыми иноземцами, которые появились в Москве, были купцы. Лежащая на оживленном перекрестке торговых путей между Западом и Востоком, Москва издавна привлекала купеческий люд. В свою очередь правители Москвы всячески приветствовали торговлю иноземцев, давали им льготы.

Образ жизни купца оседлым не назовешь, было их не так много, да и жили они в Москве дисперсно, а не компактно.

Итальянские слуги

Первое значительное по численности поселение представителей западно-европейских народов появилось в Москве в конце 15 века. Тогда великий князь и уже государь Всея Руси Иван III развернул грандиозную стройку, для которой пригласил лучших европейских специалистов.  Иноземные мастера итальянцы укрепили и обустроили Кремль, немцы отлили колокола и пушки, организовали артиллерию. Московское правительство щедро награждает их за труды, окружает различными почестями, но отказывает в возможности вернуться домой. Знаменитый Аристотель Фиорованти поплатился опалой и заточением за попытку добиться возвращения на родину.

Так при Иване III появляется тактика принуждения в отношении нужных иноземцев, которая впоследствии перерастет в московскую политическую традицию, следы которой можно заметить и в наши дни.

Европейские пьяницы

При сыне Ивана III – Василии количество иноземцев, принятых на московскую службу, значительно увеличивается. Появляется новый разряд – военные. Для иноземных солдат Василий основывает особую слободу в Замоскворечье, которая получила забавное название Налейка или Наливки. Располагалась эта слобода в районе современных Спасоналивковских переулков. 

Название своё получила от глагола "наливать". Иноземным солдатам дозволялось пить спиртное в любое время, тогда как местным жителям разрешалось только по большим праздникам. Вот иностранцы и "наливались" в любое время дня круглый год. Поэтому главным мотивом основания слободы было желание оградить москвичей от тлетворных западных привычек. Слобода Наливки стала первым иноземным поселением, территориально обособленным от московского посада. Это была своего рода резервация.

Пленная рабсила

При Иване Грозном на смену слободе Наливки в Москве появилась немецкая колония. Во время войны с тевтонским орденом московским правителям пришла мысль использовать пленных как рабочую силу. Основную массу пленных составляли ливонские немцы. Их поселили в отдельной слободе на берегу реки Яузы.

В 1575 году с дозволения царя ими была выстроена первая в Москве лютеранская церковь. Правда, просуществовала она недолго. Через 5 лет разгневанный за что-то на немцев царь наслал на слободу опричников, которые разорили дома и разрушили церковь.

Годуновская оттепель

Вновь церковь в слободе была отстроена уже при Борисе Годунове. Борис всячески старался привлекать иноземцев на службу в Москву, он чрезвычайно благоволил выходцам из Ливонии и немцам вообще. В его царствование население слободы выросло и стало походить на настоящий немецкий городок.

В смутное время в 1610 году слобода была истреблена пожаром, а ее обитатели рассеялись. Вновь иноземцы появляются в Москве при Михаиле Федоровиче. Сначала они не образуют компактного поселения, а живут разрозненно на Тверской и Арбате, Сивцевом Вражке и Маросейке, Покровке и Мясницкой. Но со временем они выстаивают себе церкви и стараются селиться к ним поближе.

Сегрегация

И посадские люди, и духовенство очень косо смотрели на иноземцев, которые начинали селиться группами вокруг своих церквей. Причины недовольства были отчасти экономические. Немцы подняли цены на землю и дворы до такой степени, что она стала недоступной местному русскому населению. Как следствие, находящиеся в этих районах православные церкви стремительно беднели вслед за уменьшением численности их приходов.

Жалобы священников и посадских людей принудили власти к решительным действиям. Издается постановление о переносе всех кирх за черту Земляного города – подальше от православных церквей места. Вводится запрет на продажу иноземцам дворов в границах города. Затем по инициативе патриарха Никона иноземцам запрещают носить русский костюм, который они было с радостью освоили. В 1652 году выходит распоряжение о выселении всех немцев за город – на берега Яузы, где им предоставили место для основания новой слободы.

Новоиноземная слобода (так она официально называлась) образовалась на том месте, где было немецкое поселение в конце 16-го, начале 17-го веков. Эта территория прилегала к правому берегу Яузы и соприкасалась с Басманными слободами, дворцовыми селами Покровским и Преображенским.

Идилия

Слобода отстроилась быстро. При переселении каждый житель получил земельный участок. Тем, у кого в городе были деревянные дома, велели их разобрать и перенести в слободу. Первое время все дома были деревянными, но со временем появились и каменные.

До нас дошел отзыв о слободе очевидца, который в 1675 году пишет, что она имела вид немецкого города: "Вдоль прямых и широких улиц тянутся ряды небольших уютных домиков с черепичными крышами. Хотя многие из них деревянные, все они искусно выкрашены "под кирпич". К домам ведут песчаные дорожки, оп краям которых зеленеют аккуратно подстриженные деревья. За низенькими оградами в палисадниках чудно пахнут душистые цветы. В центре слободы вырыт четырехугольный пруд, в чистых водах которого отражаются кроны окружающих его деревьев. Неподалеку машет крыльями ветряная мельница.

На косогоре у реки пасутся тучные коровы, тонкорунные овцы, свиньи и множество всякой птицы. На огородах зреют выращенные трудолюбивыми немцами овощи и в том числе неизвестный на Руси картофель. Улицы аккуратно подметены, люди веселы и приветливы. Буквально на всем ощущается налет немецкой добротности, уюта и чистоты".  

Кирхи

Почти одновременно с домами иноземные жители строят себе церкви. К концу царствования Алексея Михайловича в Новоиноземной слободе церкви все деревянные, без колоколов и органов, отапливаются большими изразцовыми печами. Первая каменная церковь была построена в 1686 году купеческой лютеранской общиной. Вторую каменную кирху построили в Кирочном переулке, по слухам, которые ходили тогда среди иноземцев, на средства Петра I. Молодой царь лично присутствовал  при ее освящении.

Этнический состав

Немецкая слобода по своему этническому составу была очень разнородной. В ней были представлены почти все западноевропейские народы французы и англичане, шведы и голландцы, итальянцы и немцы. Последних было большинство, поэтому их язык был в слободе господствующим. Впрочем, жители слободы отличались не только страной исхода и языком. У них было разное вероисповедание. Религиозные разногласия еще в те времена делили население и государства Западной Европы на враждебные лагеря. Однако в Москве не было отголосков этой борьбы, какие бы резкие формы она не принимала за рубежом.

Мирное сожительство различных конфессий – одна из отличительных черт российского государства - отразилась и в быту Немецкой слободы. Московские лютеране и кальвинисты жили у нас мирно. Не враждовали между собой на нашей территории и католики с протестантами.

Чем занимались

По роду занятий население слободы было также неоднородно как и этнически. Изначально преобладали военные. Московские власти практиковали найм на службу европейских военных инструкторов. Офицерам платили хорошо, и они были весьма зажиточными людьми.

Но первое место по размерам казенного вознаграждения занимали врачи. В 16-17 веках докторов-иноземцев начали выписывать из Европы для царской семьи. Немало получали и аптекари, которые состояли на службе в Аптекарском приказе. Память об аптекарях, живших в немецкой слободе, сохранилась в названии Аптекарского переулка.

Другую группу слободского населения составляли иноземные торговцы. Многие купцы благодаря коммерческой сноровке и льготам наживали в России огромные состояния.

Иноземцы подчинялись русским законам. Торговые и приезжие иноземцы судились Посольским приказом, а служилые – Иноземным.

Приравняли к собакам

Важным принципом московской политики по отношению к иностранцам была охрана православия. Власти категорически запрещали пропаганду западноевропейских вероисповеданий и вообще старались, чтобы москвичи поменьше общались с иноверцами. Да и сами москвичи настороженно относились к чужим религиям, а на их приверженцев смотрели как на неполноценных христиан, существ более низкого уровня и вообще нечистых.

Если такой иноверец входил в русскую церковь, она считалась оскверненной. Существовал даже особый чин очищения церкви, в которой побывал иноверец. По смыслу он приравнивался к чину очищения после случайного входа в церковь собаки. Считалось, что своим присутствием иноверец оскверняет иконы и в частных домах. Даже в собственных домах иностранцам запрещалось держать православные иконы, которые они пытались заводить ради русских знакомых.

В то же время часты были случаи принятия иноземцами "русской веры". За такой переход, который сопровождался перекрещиванием по православному обряду, из казны новообращенным выдавалась весьма щедрая премия. Только после перехода в православие иноземец мог жениться на русской.

Ступень к Петербургу

Немецкая слобода и ее обитатели сыграли весьма заметную роль в истории России. Вспоминаются слова русского историка С. Соловьева о том, что "немецкая слобода – это ступень к Петербургу, как Владимир когда-то стал ступенью к Москве".

После того, как Петр I перенес столицу на берега Невы, многие его сподвижники, жившие в немецкой слободе, вслед за царем перебираются в Санкт-Петербург. Сразу же меняется как национальный, так и социальный состав слободы. В ней начинают селиться богатые и знатные русские. 

Тэги

Кукуй — Москва. Энциклопедический справочник

Ручей на востоке Москвы, левый приток р. Чечёры. Имел длину около 1 км. Начинался у полотна Рязанского направления Московской железной дороги в районе Нижней Красносельской улицы, пересекал Елоховский проезд, Аптекарский переулок и впадал в р. Чечёру в районе Доброслободской улицы. С застройкой территории русло засыпано, а воды ручья перехвачены городской дренажной и водосточной сетью. В XVII — начале XVIII вв. на берегах Кукуя располагались Немецкая слобода (в просторечии — слобода Кукуй) и сельцо Елохово.

Источник: Москва. Энциклопедический справочник на Gufo.me


Значения в других словарях

  1. КУКУЙ — КУКУЙ — иноземная слобода 17 — нач. 18 вв. в Москве, на правом берегу р. Яуза (район современных Бауманских улиц). Центр поселения иностранцев различных профессий. Большой энциклопедический словарь
  2. Кукуй — (Кокуй и Кокуева) — историческое урочище в Москве, бывшая немецкая слобода, между Яузой и ручьем Кукуем. По Карамзину названа так от нем. kucken (глядет), вероятнее же — от ручья. Немцы поселены здесь при Иване Васильевиче Грозном. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  3. Кукуй — Распространённое в 17 в. название Немецкой слободы в Москве (см. Иноземные слободы). Произошло, по-видимому, от названия ручья по месту расположения слободы между р. Яузой и ручьем Кукуем. Большая советская энциклопедия
  4. КУКУЙ — Распространенное в 17 в. назв. нем. слободы в Москве (см. Иноземные слободы). Оно произошло, по-видимому, от назв. ручья по месту расположения слободы между р. Яузой и ручьем Кукуем. Советская историческая энциклопедия
  5. кукуй — сущ., кол-во синонимов: 3 дерево 618 огурец 19 слобода 13 Словарь синонимов русского языка

Немецкая cлобода - Москва

Немецкими слободами в XVI-XVII веках называли места поселения иностранцев в Москве и других городах России. В Москве немецкая слобода находилась в северо-восточной части Москвы, на правом берегу р. Яузы, близ ручья Кукуй. В простонародье получила название - слобода Кукуй. Первая Немецкая слобода в Москве появилась при Василии III, который завёл при себе почётную стражу из наёмных иноземцев и отвёл им для поселения слободу Наливки в Москве, между Полянкой и Якиманкой. Эта слобода была сожжена крымским ханом Девлетом I Гиреем во время его нападения на Москву в 1571 году.

Походы царя Ивана IV в Ливонию доставили в Москву очень большое количество пленных немцев. Часть их была разослана по городам. Другая часть поселилась в Москве и для постройки отвели им новое место, близ устья Яузы, на её правом берегу. В 1578 году эта Немецкая слобода была подвергнута Иваном IV погрому.

Покровителем иностранцев был Борис Годунов. В его правление в Москве появилось много иностранцев. Однако Смута принесла с собой новое разорение: Немецкая слобода была выжжена дотла. Её население разбежалось по городам, а те, кто остались в Москве, стали селиться в местности у Чистых прудов, но дома их были на Арбате, на Тверской улице и на Сивцевом Вражке.

Живя в России, иноземцы ассимилировались с русскими, вступали с ними в родство, принимали православие, прислуживали русским царям. Русские люди, со своей стороны, тоже многое заимствовали у «немцев». В доме зажиточного русского человека XVII века было уже не редкостью встретить рядом с простыми липовыми или дубовыми столами или скамьями, столы и кресла из эбенового или индийского дерева. На стенах стали появляться зеркала, часы.

Иностранцы, селившиеся в Москве оказывались в выгодном положении: они не платили торговых пошлин, могли «курить вина» и варить пиво. Это вызывало немалую зависть среди русского населения, влияние иностранцев на одежду и быт вызывало опасения духовенства, домовладельцы жаловались, что «немцы» подымают цены на землю. Правительству пришлось удовлетворить эти жалобы. Около 1652 года было приказано немцам продать свои дома русским; иностранные церкви были снесены и всем иноземцам было предложено переселиться в местность нынешней Немецкой улицы, где и образовалась новая Немецкая слобода.

К концу XVII века это был уже настоящий немецкий (иностранный) городок с чистыми прямыми улицами, уютными и опрятными домиками. Отношение к Немецкой стороне было не одинаково. Одни благоволили это место, другие смотрели на иностранцев как еретиков.

Пётр I был частым посетителем этой слободы, здесь он познакомился с Лефортом и Гордоном, будущими сподвижниками царя, завёл роман с Анной Монс. При Петре Немецкие слободы потеряли свою автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате.

Немецкая слобода - это... Что такое Немецкая слобода?

Неме́цкая слобода́ — место поселения иностранцев в Москве и других городах России в XVI—XVIII веках (Санкт-Петербург, Воронеж и др.). В Москве немецкая слобода находилась в северо-восточной части города, на правом берегу Яузы, близ ручья Кукуй. В простонародье получила название — слобода Кукуй. Немцами тогда называли не только уроженцев Германии, но и вообще любых иностранцев, не знавших русского языка («немых»).

История

Первая Немецкая слобода в Москве появилась при Василии III, который завёл при себе почётную стражу из наёмных иноземцев и отвёл им для поселения слободу Наливки в Замоскворечье, между Полянкой и Якиманкой. Эта слобода была сожжена крымским ханом Девлетом I Гиреем во время его нападения на Москву в 1571 году.

Походы царя Ивана IV в Ливонию доставили в Москву очень большое количество пленных немцев. Часть их была разослана по городам. Другая часть поселилась в Москве и для постройки отвели им новое место, близ устья Яузы, на её правом берегу. В 1578 году эта Немецкая слобода была подвергнута Иваном IV погрому.

Покровителем иностранцев был Борис Годунов. В его правление в Москве появилось много иностранцев. Однако Смута принесла с собой новое разорение: Немецкая слобода была выжжена дотла. Её население разбежалось по городам, а те, кто остались в Москве, стали селиться в местности у Поганых прудов, но дома их были на Арбате, на Тверской улице и на Сивцевом Вражке.

Живя в России, иноземцы сохраняли своё вероисповедание, вступая в браки между собой независимо от национальности и религиозной принадлежности. С русскими вступали в брак очень редко и только те, кто принял православную (греческую) веру[источник не указан 910 дней]. Они приезжали в Россию ради торговли или для вступления в службу русским царям в качестве военных, медиков или мастеров разных специальностей. Увеличение их численности в Москве послужило поводом для отделения их от православных москвичей. В 1652 г. по царскому указу их переселили за пределы города — в Новую Немецкую слободу, которая располагалась на том же месте, что и прежняя Немецкая слобода. Сюда же были перевезены из Москвы две лютеранские кирхи, и отведены особые места для них, а также для кальвинистской (голландской) церкви. В XVII в. русские люди, главным образом из придворного дворянства, заимствовали у «немцев» предметы быта. В доме зажиточного русского человека XVII века было уже не редкостью встретить рядом с простыми липовыми или дубовыми столами или скамьями, столы и кресла из эбенового или индийского дерева. На стенах стали появляться зеркала, часы.

Иностранцы, селившиеся в Москве, оказывались в выгодном положении: они не платили торговых пошлин, могли «курить вина» и варить пиво. Это вызывало немалую зависть среди русского населения, влияние иностранцев на одежду и быт вызывало опасения духовенства, домовладельцы жаловались, что «немцы» подымают цены на землю. Правительству пришлось удовлетворить эти жалобы. Около 1652 года было приказано немцам продать свои дома русским; иностранные церкви были снесены и всем иноземцам было предложено переселиться в местность Немецкой улицы (ныне — Бауманская улица), где и образовалась новая Немецкая слобода.

  • Немецкая слобода в конце XVII века. С гравюры Генриха де Витта. Первая половина листа

  • Немецкая слобода в конце XVII века. С гравюры А.Шхонебека и его учеников 1705 г. Верхняя половина листа

  • Русские в Голландии во времена Петра Великого, илл. С. С. Соломко

К концу XVII века это был уже настоящий немецкий (иностранный) городок с чистыми прямыми улицами, уютными и опрятными домиками. Отношение к Немецкой стороне было не одинаково. Одни благоволили к ней, другие смотрели на иностранцев как на еретиков[источник не указан 910 дней].

На берегу Яузы во второй половине XVII в. была открыта одна из первых[источник не указан 910 дней] в Москве мануфактур — мануфактура Альберта Паульсена. В 1701 Я. Г. Грегори открыл в Немецкой слободе частную аптеку. Переулок, на котором стояла аптека, получил название Аптекарского переулка[источник не указан 62 дня]. Пётр I был частым посетителем этой слободы, здесь он познакомился с Лефортом и Гордоном, будущими сподвижниками царя, завёл роман с Анной Монс. При Петре Немецкие слободы потеряли свою автономию и стали подчиняться Бурмистерской палате.

С начала XVIII в. слободской уклад почти исчез, территория стала застраиваться дворцами знати. На берегу Яузы появилась Шёлковая фабрика русского предприимателя П. Белавина, ленточная фабрика Н. Иванова и др. После наполеоновского погрома 1812 г. бывшая Немецкая слобода заселена главным образом купцами и мещанами. По Немецкой слободе получила название Немецкая улица (с 1918 — Бауманская улица). С середины XIX в. название Немецкая слобода исчезает в московской лексике и на её территории частично распространяется название Лефортово.

Культурное наследие

На территории Немецкой слободы были выстроены церкви других христианских конфессий, отличных от православия. Среди них католическая церковь Святых Апостолов Петра и Павла, которая была снесена, а взамен в 1845 году построена новая, ближе к центру Москвы, в Милютинском переулке.

Исторически на территории Немецкой слободы было две лютеранских церкви:

Культурный слой Немецкой слободы (XVI в.—XVII в.) — памятник археологии с федеральной категорией охраны.[1] Из жилой застройки сохранился в сильно перестроенном виде дом голландских медиков, именуемый в просторечии домом Анны Монс.

См. также

Примечания

Литература

  • Князьков С. «Очерки из истории Петра Великого и его времени». Пушкино: «Культура», 1990 (репринтное воспроизведение издания 1914 года).
  • Осетров Е. И. «Моё открытие Москвы». М.: «Московский рабочий», 1987

Ссылки


Смотрите также

Описание: