Фабрициус щегол картина где находится


Щегол (картина) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Щегол» (нидерл. Het puttertje) — картина голландского художника Карела Фабрициуса, написанная в 1654 году. В настоящее время картина находится в собрании Маурицхёйса в Гааге, куда она попала в 1896 году[1][2].

Картина создана с использованием технического приёма обманки[источник не указан 197 дней] (фр. trompe-l'œil)[3]. На ней изображён черноголовый щегол (Carduelis carduelis), сидящий на кормушке и удерживаемый при помощи цепи[4]. Внизу картины находится подпись художника и дата C fabritivs 1654[5].

В XVII веке щеглы были популярными домашними питомцами, поскольку их можно было дрессировать — научить набирать воду и переносить её в миниатюрном ведре [4]. Название картины на голландском языке (нидерл. Het puttertje) является отсылкой к этому факту и дословно переводится как «маленький водонос»[4].

«Щегол» является одним из трёх произведений, созданных в последний год жизни мастера. Стилистически работа отличается от манеры учителя Фабрициуса Рембрандта и ближе к стилю Вермеера[3]. Большая часть картины создана при помощи широких мазков, но небольшие детали (например, цепочка) написаны с большей детализацией. Эффект объёмности достигается благодаря ракурсу, выбранному для изображения головы птицы[3]. Являясь обманкой, картина стала уникальным явлением среди других произведений Золотого века голландской живописи; её сравнивали с созданной за более чем столетие до «Щегла»[3] картиной Якопо де Барбари «Натюрморт с куропаткой и железными перчатками», которую некоторые специалисты считают первым натюрмортом-обманкой со времён античности[6].

Картина «Щегол» играет ключевую роль в сюжете одноимённого романа Донны Тартт, удостоенного Пулитцеровской премии 2014 года[7]. Экранизация романа вышла в мировой и российский прокат 12 сентября 2019 года[8].

«Щегол» Фабрициуса: картина забытого гения

Карел Фабрициус. Щегол. 33,5 х 22,8 см. 1654 г. Королевская галерея Маурицхейс, Гаага

«Он (Фабрициус) был учеником Рембрандта и учителем Вермеера… И это крошечное полотно (картина «Щегол») — то самое недостающее звено между ними».

Цитата из романа Донны Тартт «Щегол» (2013)

До выхода в свет романа Донны Тартт мало кто знал такого художника, как Фабрициус (1622—1654). А тем более его маленькую картину «Щегол» (33 х 23 см).

Но именно благодаря писательнице мир вспомнил мастера. И заинтересовался его картиной.

Фабрициус жил в Нидерландах в XVII веке. В Золотой Век голландской живописи. При этом был очень талантлив.

Но о нем забыли. Это искусствоведы считают его вехой в развитии искусства и пылинки сдувают с «Щегла». А обычные люди, даже любители живописи, мало что о нем знают.

Почему же так произошло? И что особенного в этом маленьком «Щегле»?

В чем необычность «Щегла»

К светлой, голой стене прикреплен птичий насест. На верхней перекладине сидит щегленок. Он — птичка невольная. К его лапке прикреплена цепочка, которая не даёт ему как следует взлететь.

Щеглы были излюбленными питомцами в Голландии в XVII веке. Так как их можно было обучить пить воду, которую они зачерпывали маленьким ковшиком. Это развлекало скучающих хозяев.

«Щегол» Фабрициуса принадлежит к так называемым картинам-обманкам. Они были очень популярны в то время в Голландии. Это было тоже развлечением для владельцев картины. Поражать ее 3D-эффектом своих гостей.

Но в отличие от многих других обманок того времени, у работы Фабрициуса есть одно существенное отличие.

Посмотрите на птичку в приближении. Что необычного вы в ней видите?

Карел Фабрициус. Щегол (фрагмент). 1654 г. Королевская галерея Маурицхёйс, Гаага

Широкие, небрежные мазки. Они как бы не до конца прорисованы, что создаёт иллюзию оперения.

В некоторых местах краска слегка растушевана пальцем, а на головке и грудке лежат еле различимые пятна сиреневатой краски. Все это создаёт эффект расфокусировки.

Ведь птичка по идее живая, и почему-то Фабрициус решил написать ее не в фокусе. Как будто птичка шевелится, и от этого изображение слегка размазывается. Чем Вам не импрессионизм?

Но о фотокамере тогда не знали и о таком эффекте снимка тоже. Однако художник интуитивно почувствовал, что это сделает изображение более живым.

Это очень отличает Фабрициуса от его современников. Особенно специализировавшихся на обманках. Они, наоборот, были уверены, что реалистичное — значит четкое.

Посмотрите на типичную обманку художника Ван Хогстратена.

Сэмюэл Ван Хогстратен. Натюрморт-обманка. 1664 г. Художественный музей Дордрехта, Нидерланды

Если мы приблизим изображение, четкость останется. Все мазки спрятаны, все предметы выписаны тонко и очень аккуратно.

В чем особенность Фабрициуса

Фабрициус учился в Амстердаме у Рембрандта 3 года. Но быстро выработал собственную манеру письма.

Если Рембрандт предпочитал писать светлое на темном, то Фабрициус писал темное на светлом. «Щегол» в этом плане — типичная для него картина.

Особенно эта разница между учителем и учеником заметна в портретах, по качеству которых Фабрициус не уступал Рембрандту.

Слева: Карел Фабрициус. Автопортрет. 1654 г. Национальная лондонская галерея. Справа: Рембрандт. Автопортрет. 1669 г. Там же.

Рембрандт не любил дневного света. И создавал собственный мир, сотканный из ирреального, волшебного свечения. Фабрициус же отказался писать в такой манере, предпочитая солнечное освещение. И воссоздавал он его очень умело. Достаточно взглянуть на «Щегла».

Этот факт о многом говорит. Ведь когда ты учишься у великого мастера, всеми признанного (ещё тогда признанного), у тебя большой соблазн копировать его во всем.

Так и поступали многие ученики. Но не Фабрициус. Эта его «строптивость» говорит лишь об огромном таланте. И о желании идти своим путём.

Секрет Фабрициуса, о котором не принято говорить

А теперь я расскажу то, о чем искусствоведы не любят говорить.

Возможно, секрет невероятной жизненности птички кроется в том, что Фабрициус был… фотографом. Да, фотографом XVII века!

Как я уже писала, Фабрициус написал щегла крайне необычно. Реалист изобразил бы все очень четко: каждое перышко, каждый глазик.

Зачем художник добавляет фото-эффект в виде частично размытого изображения?
⠀⠀
Я поняла, почему он это сделал, посмотрев фильм Тима Дженисона «Вермеер Тима» 2013 года.

Инженер и изобретатель разгадывал технику, которой владел Ян Вермеер. Об этом я писала более подробно в статье о художнике «Ян Вермеер. В чем уникальность мастера».
⠀⠀
Но что относится к Вермееру, то применимо и к Фабрициусу. Ведь тот однажды из Амстердама переехал в Делфт! Город, в котором жил Вермеер. Скорее всего, последний и научил нашего героя следующему.
⠀⠀
Берет художник линзу и размещает ее позади себя, чтобы в ней отражался нужный объект.
⠀⠀
Сам художник на самодельном штативе улавливает зеркальцем отражение в линзе и держит это зеркальце перед собой (между своими глазами и холстом).
⠀⠀
Подбирает цвет такой же, как в зеркале, работая на границе между его краем и холстом. Как только цвет четко подобран, то визуально граница между отражением и холстом исчезает.
⠀⠀
Потом зеркальце чуть сдвигается и подбирается цвет другого микро-участка. Так переносились все нюансы и даже расфокусировка, возможная при работе с линзами.

По сути Фабрициус был… фотографом. Он перенёс на холст проекцию линзы. Он НЕ выбирал цвета. НЕ выбирал формы. Но виртуозно работал с инструментами!
⠀⠀
Искусствоведы не любят эту гипотезу. Ведь столько сказано о гениальном колорите (который художник не выбирал), о созданном образе (хотя это образ реальный, досконально переданный, как будто сфотографированный). Никто не хочет брать свои слова обратно.


Однако не все скептично относятся к этой гипотезе.

Знаменитый современный художник Дэвид Хокни также уверен, что многие нидерландские мастера пользовались линзами. И Ян Ван Эйк писал свою «Чету Арнольфини» именно так. И уж тем более Вермеер с Фабрициусом.

Но это нисколько не умаляет их гениальности. Ведь такой метод предполагает выбор композиции. И с красками нужно мастерски работать. И волшебство света не каждому под силу передать.

Трагическая гибель Фабрициуса

Фабрициус трагически погиб в 32 года. Это произошло по совершенно независящим от него причинам.

На случай внезапного вторжения в каждом голландском городе находился пороховой склад. В октябре 1654 года произошёл несчастный случай. Этот склад взлетел на воздух. А вместе с ним и треть города.

Фабрициус в это время работал над портретом в своей мастерской. Там же находилось много других его работ. Он был ещё молод, и работы не так активно продавались.

Лишь 10 работ уцелели, так как были на тот момент в частных коллекциях. В том числе и «Щегол».

Эгберт Ван дер Пул. Вид Делфта после взрыва. 1654 г. Национальная лондонская галерея

Если бы не внезапная смерть, уверена, что Фабрициус сделал бы ещё немало открытий в живописи. Может, он бы ускорил развитие искусства. А может, оно пошло бы немного другим путем. Но не сложилось…

А «Щегла» Фабрициуса никогда не крали из музея, как описано в книге Донны Тартт. Он благополучно висит в галерее Гааги. Рядом с работами Рембрандта и Вермеера.

 

 

Автор: Оксана Копенкина

Перейти на главную страницу

Англоязычная версия статьи

Facebook

Twitter

Вконтакте

Одноклассники

Pinterest

Похожее

Фабрициус, Карел — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 20 августа 2018; проверки требуют 5 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 20 августа 2018; проверки требуют 5 правок.

Карел Фабрициус (нидерл. Carel Fabritius; крещён 27 февраля 1622 — 12 октября 1654) — голландский художник, один из самых талантливых учеников Рембрандта. Основоположник делфтской школы живописи[1]. Известно лишь 16 полотен Фабрициуса, с большей или меньшей вероятностью приписываемых художнику.

Карел Питерс родился в 1622 году в Мидден Бемстере близ [Алкмаара] в семье учителя. По одной из версий, псевдоним «Фабрициус» (от лат. faber — «плотник») обусловлен тем, что в юности Карел обучался соответствующему ремеслу[2]. В начале 1640-х годов вместе со своим братом Барентом Фабрициусом учился в студии Рембрандта в Амстердаме, работал сначала в этом городе, однако в 1643 году после смерти его двоих детей и смерти жены во время ее третьих родов, вернулся в Мидден Бемстер.

В 1650 году женился вторично и поселился в Делфте, где через два года стал мастером гильдии Св. Луки. Постепенно обрёл популярность в качестве мастера стенных росписей (не сохранились), а также портретиста. В 32 года погиб при взрыве пороховых складов в Делфте, разрушившем целый городской квартал[3].

Из всех учеников Рембрандта только Фабрициус смог выработать оригинальную художественную манеру. В отличие от Рембрандта, достигшего в своих портретах совершенства в передаче игры светотеней преимущественно на тёмном фоне, Карел Фабрициус располагал модель на слегка подсвеченном фактурном фоне, придавая большое значение технической стороне передачи света и очертаний объектов на холсте с помощью холодной цветовой гаммы. Его интересовали и сложные пространственные эффекты, что отражается в «Делфтском пейзаже» (1652) с его акцентированной перспективой, и эксперименты в технике импасто, с сочным мазком, выполненным щедро пропитанной краской кистью («Щегол», 1654). Всё это сближает его манеру с техникой более поздних знаменитых художников из Делфта — Вермеером и де Хохом, на которых он, вероятно, оказал влияние.

В России имеется только одна работа Карела Фабрициуса — «Гера, скрывающаяся у Океана и Тефии» (1645-47), экспонирующаяся в Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина[4].

  • Автопортрет (1654),
    Национальная галерея, Лондон

  • Дельфтский пейзаж (1652),
    Национальная галерея, Лондон

  • Стражник (1654),
    Государственный музей Шверина

реальная история «Щегла» – The City, 16.09.2019

До выхода романа Донны Тартт мало кто знал художника Карела Фабрициуса, а тем более его маленькую работу «Щегол». История картины, описанная Тартт в книге, – вымысел. Рассказываем, как все было на самом деле.

Рано погибший ученик Рембрандта

Карел Фабрициус жил и работал в Нидерландах в XVII веке, в период расцвета голландской живописи. Начинающий художник три года учился у Рембрандта в Амстердаме, при этом во многом с мастером не сходился. Рембрандт предпочитал писать светлое на темном, а Фабрициус – темное на светлом. Затем Карел переехал в город Делфт, где в то время начинал творческий путь Ян Вермеер. Он перенял у Фабрициуса некоторые приемы: крупные мазки и свет, который обволакивает предметы.

Карел погиб, когда ему было 32 года, – рядом с мастерской взорвался пороховой склад. Тогда же сгорели почти все его работы. Сохранилось не более 20 картин, все находились в частных коллекциях. Среди них был и «Щегол».


Маленькая, но уникальная работа

Фабрициус создал «Щегла» в последний год жизни. На небольшом полотне (34 на 23 сантиметра) он изобразил птицу, которая сидит на насесте. К лапке прикреплена цепочка, не позволяющая улететь. Выбор именно щегла во многом понятен – в Голландии XVII века их часто держали в богатых домах в качестве питомцев.

Картина принадлежит к так называемым обманкам – художник создал иллюзию объемного изображения. «Щегол» написан в технике импасто – краску автор наносил толстым слоем. Современники Фабрициуса считали, что реализм связан с четкостью линий, но сам он избегал резких границ и растушевывал краски, добиваясь эффекта расфокуса. Спустя 200 лет подобным приемом будут пользоваться импрессионисты.


Прошлое и настоящее картины

Кадр из фильма «Щегол»

Творческое наследие Фабрициуса не было широко популярно. Лишь в XIX веке «Щегла» заново открыл миру французский искусствовед Теофиль Торе-Бюргер. Он посчитал картину ценной, потому что на ней стояла подпись человека, связанного с Вермеером. В 1866 году Торе-Бюргер выставил произведение Фабрициуса вместе с работами Вермеера в «Ретроспективной экспозиции», а в 1896 году «Щегол» вернулся в Голландию, в гаагскую галерею Маурицхёйс.

В отличие от истории, описанной в романе Тартт, картину никогда не крали (в книге сюжет выстроен вокруг похищения и возвращения шедевра). Сегодня она все так же хранится в Гааге рядом с работами Рембрандта и Вермеера.

Симона Андрисенко

16 сентября, 2019

Вымышленная история реальной картины в романе ДОННЫ ТАРТТ "Щ Е Г О Л"

         

«Тут только биение
крошечного сердечка…»

               (Донна Тартт «Щегол»)

Современная американская писательница Донна Тартт  выпускает по одному роману в 10 лет. Когда ей было 30 лет – вышла «Тайная история», в 40 лет она написала «Маленького друга», а в 50 – роман «Щегол».

«Щегол» - название подлинной  картины голландского художника 17 века Карела Фабрициуса. В настоящее время она хранится  в королевской галерее Маурицхёйс в Гааге вместе с картинами Вермеера «Девушка с жемчужной сережкой» и Рембрандта «Урок анатомии доктора Тульпа».

Карел Фабрициус был одним из самых талантливых учеников  Рембрандта и учителем Вермеера. Из всего творческого наследия Карела Фабрициуса сохранилось чуть более десяти работ.


Картина «Щегол» была написана К.Фабрициусом в 1654 году, и в этом же году 32-летний художник погиб при взрыве пороховых складов, разрушившем целый квартал города Делфт. Погибли при этом и почти все работы художника, а вот «Щегол», находящийся в одной из частных коллекций, сохранился.

Почему писательница обратилась к данной картине, нам неведомо.  Но название ее она вынесла в заглавие своей книги, тем самым подогрев интерес к Карелу Фабрициусу и его «Щеглу».

  «Щегол» Донны Тартт вышел в 2013 году и сразу же стал событием в книжном мире, получив Пулитцеровскую премию. А с октября 2013 по январь 2014 года в Нью-Йорке в музее Генри Фрика проходила выставка «Шедевры голландской живописи из Маурицхёйса», где наряду с Рембрандтом и Вермеером посетители могли увидеть картину Карела Фабрициуса «Щегол».  Именно благодаря этой картине выставка смогла собрать рекордное число посетителей.

Вот так Донна Тартт, сделав полноправным героем своего романа малоизвестную картину голландского художника, вдохнула в нее новую жизнь.

Конечно, главным героем романа является Теодор Декер. Конечно, история его жизни - в центре повествования.

«Все сложилось бы куда лучше, останься она жива…»

Во время взрыва в нью-йоркском музее погибает единственный близкий человек 13-летнего Теодора – мама. Оглушенный взрывом, испуганный подросток выносит из музея случайно оказавшуюся у него в руках картину К. Фабрициуса «Щегол», а потом у него не хватает смелости в этом признаться.  И на долгие 14 лет картина К.Фабрициуса «Щегол» станет постоянным спутником Тео и немым свидетелем его одиночества, неприкаянности, взросления, попыток найти себе семью и друзей.

«…хотя в том, что произошло со мной после этого, виноват только я, все же, потеряв ее, я потерял и всякий ориентир, который мог бы вывести меня в какую-то более счастливую … жизнь»

Подросток вынужден жить в чужих домах и чужих семьях.

В богатой и титулованной семье одноклассника Энди Барбура, «где хоть в целом все были ко мне добры, но я вечно то терялся в толчее, то становился мишенью для неловких церемонных вопросов».

В семье беспутного отца: «жить с ними было все равно, что жить с соседями, с которыми не особенно ладишь».

Уютнее всего Тео чувствовал себя у антиквара Хоби: « я мог иногда ускользнуть прямиком в 1850-е, в мир, где тикают часы и скрипят половицы…»

Картина все время с Тео, а власти считают ее уничтоженной взрывом. И вот уже в голову ребенка закрадывается мысль о возможности, если понадобиться, ее продать.

Но у Судьбы картины и  взрослеющего мальчишки другие планы. И завертит Тео Декера жизнь не по-детски: дружба с неблагополучным Борисом, пьянки, наркотики, мошенничество… И вдруг оказывается, что «Щегла» выкрали и его нужно спасать. И снова приключения, перестрелки, убийство, и как результат – наш герой в канун Рождества прячется в отеле Амстердама и от полиции, и от бандитов…

Роман «Щегол» Донны Тартт  сравнивают  с романами Диккенса.  Действительно, и по накалу страстей, и по любовно выписанным персонажам, и по счастливой рождественской концовке, и даже по объему,  он очень напоминает Диккенса.

Тартт не скрывает своей любви к Диккенсу, говорит о жадном, счастливом чтении его романов. О ее книгах можно сказать то же самое.

В романе «Щегол»  много интересной информации о картинах, художниках, размышлений об искусстве живописи и искусстве реставрации.  Возникает желание расширить границы своих знаний в этих областях, почитать что-то еще на заданную тему, увидеть воочию шедевры голландской живописи. 

Чтение романа «Щегол» Донны Тартт  полезно и уму, и сердцу.

 

Карел Фабрициус, автор «Щегла»

— Это самая первая картина, в которую я по-настоящему влюбилась, — говорила мама. — Не поверишь, но она была в книжке, которую я в детстве брала из библиотеки. Я садилась на пол у кровати и часами ее рассматривала, как завороженная — такой кроха! И в общем-то невероятно, сколько всего можно узнать о картине, если долго-долго смотреть на репродукцию, даже если репродукция не лучшего качества. Сначала я полюбила птицу, ну, как домашнее животное, что-то вроде того, а потом влюбилась в то, как она была написана.
Донна Тартт. «Щегол»


К. Фабрициус. Щегол

Благодаря писательнице Донне Тартт и ее роману, удостоенному Пулитцеровской премии, мир вспомнил художника Карела Фабрициуса. И заинтересовался его картиной «Щегол».

Фабрициус жил в Нидерландах в XVII веке, Золотом веке голландской живописи. При этом он был очень талантлив. Три года он учился в Амстердаме у Рембрандта, но быстро выработал свою собственную манеру письма.



К. Фабрициус. Автопортрет. Ок. 1645

Если Рембрандт предпочитал писать светлое на темном, то Фабрициус писал темное на светлом. «Щегол» в этом плане — типичная для него картина.

Щеглы были излюбленными питомцами в Голландии в XVII веке, так как их можно было обучить пить воду, которую зачерпывали маленьким ковшиком. Это развлекало скучающих хозяев.


К. Фабрициус. Стражник. 1654

«Щегол» Фабрициуса принадлежит к так называемым картинам-обманкам, которые поражали зрителей тем, что мы сегодня назвали бы 3D-эффектом. Они были очень популярны в то время в Голландии. Это было тоже развлечением для владельцев картин — удивлять своих гостей.



К. Фабрициус. Дельфтский пейзаж. 1652

Фабрициус трагически погиб в 32 года, вместе со всей своей семьей. Это произошло во время взрыва порохового склада в октябре 1654 года. Лишь несколько работ художника уцелели, так как были на тот момент в коллекциях их владельцев, в том числе «Щегол». В музеях мира хранится сегодня 17 полотен Фабрициуса, с большей или меньшей вероятностью приписываемых художнику.



К. Фабрициус. Гера, скрывающаяся у Океана и Тефии. 1645-47

Картину Фабрициуса «Щегол» никогда не крали из музея, как описано в книге Донны Тартт. Она благополучно висит в музее Гааги, рядом с работами Рембрандта и Вермеера. В России имеется только одна работа Карела Фабрициуса — «Гера, скрывающаяся у Океана и Тефии» (1645-47), экспонирующаяся в Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина

Картина «Щегол», Фабрициус: триста шестьдесят лет спустя

Карел Питерс Фабрициус (1622–1654) – голландский живописец, ученик великого Рембрандта. В последний год своей короткой жизни он написал три работы: картину «Щегол», «Часовой», «Молодой человек в меховой шапке». В целом сохранилось всего около десяти его произведений.

Краткая биография художника

Карел Фабрициус родился в феврале 1622 года и был крещен 27 февраля в Мидден Бемстере неподалеку от Гааги. Его отец был школьным учителем и художником. У него было два младших брата – Барент и Йоханнес, которые впоследствии стали художниками.

По первой специальности он был плотником. Отсюда и его прозвище – Фабрициус. Эта работа вряд ли была случайной. Она позволяла встречаться с художниками, поскольку в те времена писали не только на полотнах, но и на досках. Их просушивали после обработки не менее пятидесяти лет. Например, картина «Щегол» (Фабрициус) не может быть названа полотном, так как она написана на доске.

В 40-х годах Карел становится лучшим, самым одаренным учеником Рембрандта ван Рейна. Он учится в мастерской великого живописца вместе со своим братом Барентом в Амстердаме. В 1643 году он внезапно лишился своей семьи (жены и двух детей). Но через семь лет он приезжает в Делфт, где знакомится с молодой вдовой, и, женившись, в начале 50-х годов Карел навсегда переезжает в этот город.

В Делфте

Он присоединяется к гильдии живописцев св. Луки в 1652 году и вырабатывает свой собственный художественный стиль, который очень отличается от стиля его учителя. Если его учитель писал светлое на темном, то Фабрициус прибегает к противоположному приему. Темное на светлом нам представляет и картина «Щегол». Фабрициус много экспериментирует с перспективой и освещением. «Щегол» и "Автопортрет", написанные в последний год жизни, – лучшее тому подтверждение.

Серьезно, но доброжелательно всматривается молодой тридцатилетний художник в зрителя. Сосредоточенность и ум светятся в его глазах. Колорит скромен и скуп. Автопортрет (Национальная галерея, Лондон) выполнен в коричневато-сероватых тонах. Карел написал не парадный портрет, а интимный, показывающий его в повседневной жизни. Совершенно иначе выполнена картина «Щегол». Фабрициус во многих произведениях использует естественное солнечное освещение, которое придает его работам мягкость и лирику.

Трагическая кончина

12 октября в 1654 году в Делфте произошла трагедия – взорвался пороховой склад. Этот взрыв уничтожил не менее четверти города. В это время Карел Фабрициус работал вместе со своим учеником Маттиасом и дьяконом в церкви. Они умерли все вместе. Все работы успешного и начавшего приобретать известность художника погибли, за исключением некоторых. Так, в раннем возрасте внезапно и неожиданно закончил жизнь создатель делфтской школы живописи. «Щегол» одно из последних произведений мастера, написанных в год его смерти. Безыскусственность – одно из достоинств, с которым исполнена картина «Щегол». Фабрициус, несомненно, повлиял на знаменитого Вермеера из Делфта, который внимательно изучал его манеру письма. «Щегол» находится в Королевской галерее Гааги Маурицхейнс.

Художник Фабрициус: картина «Щегол»

Это небольшой шедевр написан маслом по дереву. Он подписан, как и все работы, C. FABRITIVS 1654. На светлом золотисто-бежевом фоне на насесте сидит маленький щегленок.

Картина «Щегол» Карела Фабрициуса написана на фоне, полном воздуха и солнечного света. Очень точно, почти фотографически выписан синеватый насест и два кольца, на одном из которых сидит птичка. Работа выполнена на одном дыхании, крупными мазками. Особенное мастерство продемонстрировал Фабрициус, рисуя голову щегла и его светящиеся прозрачные крылышки.

Фабрициус, «Щегол»: история картины

Первоначально «Щегол» принадлежал шевалье Жозефу-Гийому-Жану Камберлину в Брюсселе. В 1865 году картина было продана. В 1892 году хозяин с ней расстался, и только в 1896 году она получила постоянное место в коллекции Королевской галереи Гааги.

Книга Донны Тартт

«Щегол» – так называется объемное, выше восьмисот страниц, третье произведение американской писательницы. Она писала его десять лет. Весь сюжет держится на приключениях главного героя Тео, в руки которому попала картина художника Фабрициуса «Щегол». Подросток попадает в музей, где его внимание привлекает картина с изображенным на ней щегленком. Кстати, ее репродукция помещена на обложку книги.

И вот, неожиданно, в музее происходит взрыв. Когда Тео очнулся, то сначала он ничего не понял. Умирающий от ран пожилой господин просит Тео забрать с собой картину со щеглом и отнести ее по непонятному адресу. Мать его умерла в музее, и одинокий Тео с горечью в душе ищет того, кому следует отдать картину. Она же спрятана у него дома. После долгих приключений Теодор сумеет вернуть произведение по назначению. Донна Тартт в 2014 году получила за этот роман Пулитцеровскую премию. Его перевели на многие языки, в том числе и на русский. Она стала событием, а Донна Тартт журналом «Таймс» включена в число ста самых влиятельных людей мира. Предполагается, что будет экранизация этого романа.

Вот так современность спустя триста шестьдесят лет откликнулась на шедевр Фабрициуса.

Донна Тартт. "Щегол" - Блог разнузданного гуманизма — ЖЖ

Новый роман Донны Тартт ждали 10 лет. Его появление на русском языке стало у нас небольшой сенсацией: книга до сих пор занимает первые строчки в рейтингах продаж столичных крупных магазинов.
Честно говоря, мне трудно понять, с чем связан такой ажиотаж. «Щегол» ничуть не лучше других романов Тартт и не добавляет к ее творчеству ничего нового. Впрочем, у писательницы всего три книги. «Таинственная история» была хороша тем, что была первой – благодаря ей мы узнали о Донне Тартт. Второй роман, «Маленький друг», является, на мой взгляд, самым удачным: в нем, помимо имитации знаковых приемов и коллизий чужого стиля, есть что-то подлинное. Но тем не менее, «Щегол» воспринимается многими, как откровение.
Опять в центре романа история преступления – она же история формирования личности молодого человека. Беда, как и прежде, в том, что никаких изменений в личности главного героя не происходит.
Вновь талантливо имитируется классика: в данном случае – романы Диккенса, в основном, это «Большие надежды», опять затрагивается тема влияния искусства на жизнь человека.

«Щегол» - это название подлинной картины Карела Фабрициуса. Был такой голландский художник (1622-1654). Учился у Рембранта, жил в Дельфте, погиб там же при взрыве порохового склада, оказал влияние на Я. Вермера и Питера де Хоха. Сохранилось только 12 его работ, в том числе и «Щегол». Она находится в Маурицхёйсе, в Гааге.

О «Щегле» в книге говорят очень много, это – любимая картина нескольких героев романа, в том числе, мамы Теодора Декера и старика-антиквара Велти Блеквелла. Все они в недобрый час встретились в нью-йоркском музее на выставке работ голландских мастеров. Недобрым этот день был потому, что в музее произошел теракт, при котором погибли мама Тео и Велти, а воспитанница Велти Пиппа на всю жизнь осталась инвалидом.
Получилось так, что Теодор, которому тогда было 13 лет, с первого взгляда влюбился в Пиппу. Он специально не пошел с мамой в сувенирный магазин, а остался в зале около картины «Щегол», которую активно обсуждали рыжая девочка, имевшая при себе футляр с флейтой, и горбатый старик. Тут и раздался взрыв. Теодора оглушило, но в остальном он не пострадал, Пиппа оказалась под завалом, но Тео на тот момент о ней не вспомнил, а старичок умер у него на глазах. Перед смертью он бормотал что-то невнятное, заставил Тео взять и спрятать валяющегося рядом «Щегла», дал ему перстень, велел найти каких-то Хобарта и Блеквелла и позвонить в зеленый звонок. Потрясенный всем этим мальчик выбрался наружу, и никто его не остановил. Так он стал обладателем редкого полотна. Почему он его сразу не вернул? Вначале было не до этого, так как вся его жизнь переменилась, а потом он боялся, что его обвинят в краже.

Много страниц посвящено отчаянью Тео, потерявшего мать. Он считал ее красавицей, ему с ней всегда было хорошо, он обожал ее. Мама Тео работала в модельном агентстве, училась на искусствоведческом факультете университета, но не окончила его из-за замужества и материнства. Они жили вдвоем, так как отец ушел к другой женщине. Отца Тео терпеть не мог. Тот был похож на Микки Рурка и тоже снимался в кино, но Голливуду не нужны были два одинаковых актера, и Декеру-старшему пришлось искать себе другое занятие. Он стал карточным игроком, поселился в Лос-Вегасе.
Связь Тео с матерью была такой прочной, что он долгое время после ее смерти жил, как во сне, и никак не мог примириться со случившимся. Вот поэтому ему было не до картины.

Пока социальные работники разыскивали отца Тео, мальчик поселился в семье своего школьного приятеля, Эдди Бабура. Это были очень богатые люди, занимавшиеся благотворительностью. Они с радостью пригрели сироту, но не уделяли ему много внимания: мистер Бабур интересовался только яхтами, а миссис Бабур вела светскую жизнь. Точно так же они воспитывали и своих родных четверых детей – у Эдди были братья Платт, Тодд и сестра Китси. Все они не слишком хорошо отнеслись к Тео. Но Тео целые дни проводил с Эдди и был доволен, что взрослые ему не докучают. Ему удалось расшифровать загадочные слова умирающего старика. «Хобарт и Блеквелл» оказались антикварной фирмой, занимавшейся также изготовлением и продажей мебели «под старину».
Тео нашел их дом, предъявил кольцо и был принят самым лучшим образом чудаковатым мастером-краснодеревщиком Хоби. Хоби – это типичный диккенсовский персонаж со всеми его особенностями. Старики на пару воспитывали дальнюю родственницу Велти – сироту Пиппу – ту самую рыжую девочку с флейтой, в которую безнадежно влюбился Теодор Декер.
Пиппа сильно пострадала, ее нога была раздроблена, она пережила множество операций. Тео удалось с ней увидеться, но девочка находилась под действием сильных обезболивающих. Впоследствии опекунство над ней взяла еще одна дальняя родственница, определившая Пиппу учиться в европейский пансион для больных детей.

Выяснилось, о чем говорил перед смертью Велти. В детстве он жил в Каире, в богатом доме, родители его обожали и выполняли все его капризы. У них по стенам были развешаны копии с различных знаменитых картин. Но в доме случился пожар, все сгорело, а у Велти обнаружился костный туберкулез, стал расти горб. Тогда отец разлюбил инвалида и отправил его в Нью-Йорк. Таким образом, самое счастливое время в жизни Велти ассоциировалось у него со сгоревшим домом и произведениями искусства. Возможно, из-за этого он и стал антикваром. В созданной им фирме он занимался денежными делами, а Хоби изготовлял мебель. Если Велти узнавал, что на выставку в Нью-Йорк привезли одну из картин, копия которой весела в его сгоревшем доме, он отправлялся ее смотреть. В день своей смерти он пришел посмотреть на «Щегла». Когда случился взрыв, а Велти получил несовместимые с жизнью травмы, ситуация спуталась у него с каирским пожаром, и он захотел спасти хоть что-то, например, «Щегла». Отсюда и его странная просьба к Тео взять картину и прийти потом к ним домой.
У Тео хватило сообразительности, чтобы ничего не рассказать о картине Хоби. Он положил «Щегла» в наволочку и прятал его от чужих глаз.

Через какое-то время объявился отец и увез сына в Вегас. Жизнь в Вегасе была такая же беспорядочная, как и жизнь у Бабуров, только гораздо беднее. Но Тео это было все равно. Он ненавидел отца и его женщину – отказывался понимать, как отец мог поменять мать на нее.
У него появился новый друг – Борис. Из-за того, что Тео носил круглые очечки, Борис прозвал его Поттером.
Борис тоже рос без матери, родился в Австралии, жил на Украине, в Москве, в общем, он был русским, что многое объясняет. Борис пил водку, как и его отец, потреблял все виды наркотиков, водил компанию с подозрительными русскими. Но зато Тео с ним не скучал и тоже стал курить травку, пить водку, нюхать кокаин, закидываться таблетками. Борис практически переселился к нему домой, а отец его не выгонял. Надо сказать, что они хорошо понимали друг друга. Сам отец был занят какими-то темными делами, а его подруга приторговывала наркотой. Из-за этих дел отец влез в долги, к нему приходили русско-еврейские рэкетиры, он пытался обмануть сына, выманив у него мамино наследство. Но ничего у него не получилось, и он погиб в автокатастрофе. Тео в это время было 15 лет.

Узнав, что отец погиб, Теодор в тот же день сел на автобус и уехал в Нью-Йорк. «Щегла» он взял с собой. В Нью-Йорке Декер отправился к Хоби. Тот принял его, оформил над ним опеку. Теодор закончил школу, поступил в колледж, потом бросил учебу. К 23 годам он занял в антикварной фирме место Велти, т.е. занимался продажами и финансами.
«Щегла» он хранил в той же наволочке на специальном складе хранения предметов искусства.

7 лет жизни Теодора в романе места не нашли. Вот только что было очень плотное повествование, включающее чуть ли не каждый день, прошедший после взрыва в музее, а тут – раз – и семь лет прошло. Единственное, что читатель узнает, это то, что Теодор почему-то стал мошенником: он продает ту мебель, что изготовляет Хоби, под видом подлинных изделий 18-19 века. Это приносит ему неплохой доход, фирма держится на плаву, а Хоби об этом ничего не знает.
Еще Тео принимает наркотики, но наркоманом себя не считает. В романах Тартт многие принимают наркотики, пьют, и ничего плохого с ними не происходит – зато весело и помогает не думать о неприятностях.
Пиппа иногда приезжает в гости к Хоби. Она живет отдельно, у нее есть бойфренд. Теодор так и не решился рассказать ей о своих чувствах, хотя покупал для Пиппы подарки впрок и держал их в своей комнате: первое издание «Страны Оз», дорогое топазовое ожерелье и др.
Пиппа очень хочет играть в оркестре, но из-за старой травмы не может этого сделать, а она живет одной музыкой.

За время, проведенное в Нью-Йорке, Декер ни разу не навестил Бабуров. Но как-то он наткнулся на Платта, который рассказал ему, что Эдди погиб, утонув на яхте вместе с отцом. Тео зашел выразить соболезнования миссис Бабур. Она очень ему обрадовалась, и он стал заходить к ней чаще. Дело в том, что женщина несколько помешалась, и Тео напоминал ей лучшее время. Теперь уже все Бабуры стали относиться к нему хорошо, а с Китси у него даже случился роман. Дело шло к свадьбе. Больше всех ей радовалась миссис Бабур – ей казалось, что так ее потгибший сын как бы возвращается в семью.

Вдруг однажды к Тео подходит человек, представляется антикваром Люциусом Ривом и говорит, что знает все о подделках и о «Щегле». Возмущается, что Тео отдал картину в плохие руки. Он требует отдать ему картину, угрожая в противном случае сдать Тео полиции. Хоби знает Рива: когда-то они сталкивались в суде. Тогда Хоби и Велти дали показания против нечестного антиквара, который обкрадывал старушек.

Что такое Рив говорил о «Щегле»? Картина же лежит на складе хранения. Пока Тео раздумывает над этим, объявляется Борис с покаянием. Оказывается, еще в Вегасе он украл картину у Тео, а в наволочке лежала какая-то картонка – Тео же в нее ни разу не заглядывал. Борис же был уверен, что друг знает о краже, но надеялся, что он подумает на отца. О картине Борис узнал в свое время из пьяного и наркотического бреда Тео.
Борис все это время закладывал картину всяким мафиози – она являлась залогом разных сделок. На эти деньги он неплохо жил. Однако сейчас произошло несчастье: картину украли совсем уже нехорошие люди, и ее нужно выручать.
Тео с Борисом поехал в Амстердам. Там у них было много приключений, перестрелка, убийство, наркотики. Тишайший Поттер умудрился убить одного бандита, потом очень боялся, болел, хотел покончить с собой, но кончилось все хорошо – Борис вернул картину страховщикам за солидное вознаграждение. Вернее, он дал им информацию, где картина находится, а там были и другие краденые произведения искусства. Так что Борис получил солидную премию, которой поделился с Теодором. Этот кусок написан в жанре авантюрного романа.

Далее Теодор рассказал обо всем Хоби, а потом год ездил по адресам, куда он сбыл подделки, и выкупал их. Хоби его простил.
Тео также объяснился с Пиппой: он оставил ей ожерелье, книгу и записку с признанием в любви. Она ему деликатно, письмом, ответила, что тоже его любит, но им нельзя жить вместе, потому что они оба искалечены тем взрывом в музее и могут утянуть друг друга на дно. Два нестабильных человека не могут быть образовать хорошую семью. Книгу «Волшебник страны Оз» она себе взяла, а ожерелье вернула – это слишком дорогой подарок.
На Китси Тео так и не женился. Они к этому отнеслись со всем пониманием, тем более, что свадьба эта нужна была только миссис Бабур, а Китси любила другого.

В конце романа идут рассуждения о том, что символизирует картина «Щегол». Вроде бы, нарисована обычная птичка, прикованная цепочкой к насесту. Что она хорошего видела в жизни? Но птичка живет, она даже спокойная и довольная. Вот так и мы с тобой, дружок. Жить нужно, хотя непонятно зачем.
А еще нужно писать романы, тоже непонятно зачем.

В чем сильная сторона Донны Тартт? Она умеет создавать правдоподобную среду обитания своих героев. Ты читаешь сотню страниц о том, как мальчишки проводят время: пьют водку, смотрят телевизор, блюют, смеются. Ты сотню раз читаешь, как собачка Тео Попчик кидается ему под ноги – и начинаешь видеть эту собачку, как живую.
Хорошо удаются автору и описания страданий героев. Переживания мальчика после смерти мамы, ожидания скорого ареста, которое пережил Тео в амстердамской гостинице, впечатляют. Также Тартт в каждом романе описывает длительную болезнь героя с высокой температурой и полубредовым состоянием. В "Щегле" Тео болеет несколько раз.

Минусы повествования этой писательницы – многословие, неясность моральной концепции, неправдоподобные повороты сюжета при реалистических деталях быта. Характеры героев не развиваются, и они мало того, что статичны с 14 до 23 лет, так еще и похожи на героев других романов Тартт. Так Тео ничем не отличается от главного героя «Таинственной истории», а Борис похож на Чарльза - другого экстравагантного героя этого романа. Миссис Бабур, почти сошедшая с ума из-за смерти сына, похожа на мать главной героини из "Маленького друга".
Хромают мотивировки поведения героев. С чего Борис решил вернуть картину Тео? Зачем он взял его с собой в Европу? Почему Тео стал мошенником? Почему он потом раскаялся? Из романа этого не поймешь.
И уж очень много во всех ее романах наркотиков - будто наркодилеры проплатили.

Мне кажется, что в "Щегле" Тартт поставила перед собой честолюбивую задачу написать роман так же, как Фабрициус написал картину, т.е. какие-то детали сделаны, как настоящие, например, крылышки, а что-то написано прозрачно, так что видна работа художника. В романе любители живописи объясняют, что он так сделал нарочно - чтобы видели его мастерство, т.е. "Щегол" (или "Щегленок", как он правильно называется) - это шутка гениального мастера. Возможно, многие несуразности романа объясняются именно этим: вот вам страницы, где гиперреализм, а вот вам чистая схема, а вот вам стилизация под старину. а вот под кино.
Удался ли эксперимент? По-моему, не очень: все же литература и живопись - совсем разные искусства. Но мнения могут быть разные.

Художники, которым не повезло -2. Карел Фабрициус: tito0107 — LiveJournal

Карел Фабрициус (1622-1654). Ученик Рембрандта и предполагаемый учитель Вермеера - не повезло хотя бы в этом, ибо сложно отличиться, находясь между двух таких гигантов. Плюс ко всему ранняя смерть – погиб в 32 года при взрыве пороховых складов в Делфте, когда его талант еще не раскрылся в полную силу. Поначалу Фабрициус был верным последователем Рембранда, ранние картины явно созданы под его влиянием. Но уже в них проявляется дар Фабрициуса-колориста.


Воскрешение Лазаря, 1643


Агарь и Ангел, ок. 1643-1645


Усекновение главы Иоанна Крестителя, ок. 1640. (Авторство Фабрициуса под вопросом)


Портрет старика

Известно, что Карел Фабрициус прославился как мастер перспективных росписей в домах бюргеров, но ни одна из таких его работ не сохранилась. Об интересе художника к пространственным построениям свидетельствуют городские виды:


Продавец музыкальных инструментов, 1652.

Эта картина, по всей вероятности написана при помощи камеры-обскуры. Обращает на себя внимание сложный колорит (стена на переднем плане), и почти импрессионистические тени за два с лишним века до импрессионистов.


Спящий часовой, 1654


Автопортрет, ок. 1645


Молодой человек в меховой шапке и кирасе, 1654
Вероятно, это также автопортрет художника


Портрет Абрахама де Поттера, 1649


Щеглёнок, 1654

А проживи Фабрициус чуть подольше, возможно самого Вермеера бы затмил.

Карел Фабрициус (1622 - 1654) - один из самых талантливых учеников Рембрандта

? LiveJournal
  • Main
  • Ratings
  • Interesting
  • 🏠#ISTAYHOME
  • Disable ads
Login
  • Login
  • CREATE BLOG Join
  • English (en)
    • English (en)

Трещина в картине | The Art Newspaper Russia — новости искусства

По первому взгляду, «Щегол» — идеальный роман о роли искусства в жизни <современного> человека. Не случайно эпиграфом к одной из решающих частей книги Донна Тартт ставит слова Ницше: «Искусство нам дано, чтобы не умереть от истины…»

Именно искусство сначала едва не убивает Тео Декера, 13-летнего ньюйоркца, пережившего теракт в Метрополитен-музее, а затем спасает его, много лет спустя вытащив «из пучины страстей», депрессии и хронической наркомании.

Эта могучая книга начинается со взрыва на выставке голландской живописи, куда Тео и его несчастная мама (одинокая разведенка, повести Барбары Пим на прикроватной тумбочке) заглядывают, чтобы спастись от дождя. Мама гибнет, а у Тео (за круглые очки друг Борис зовет его Гарри Поттером) в руках оказывается картина художника Карела Фабрициуса (ученик Рембрандта и учитель Вермеера) с изображением птицы, сидящей на цепи.

Основоположник делфтской школы живописи, Фабрициус погиб вместе со своей мастерской при взрыве порохового склада. Большинство холстов также погибло — сейчас в мире насчитывается 17 его картин (почти в два раза меньше, чем подлинных Вермееров). Одна, правда не самая лучшая, его работа есть в ГМИИ им. Пушкина («Гера, скрывающаяся у Океана и Тефии»), тогда как «Щегол» из гаагского Маурицхейса — самая известная. Особенно теперь, после того как стала едва ли не главным персонажем тиражного романа.

Очнувшись от волнового удара, Поттер видит рядом с собой Велти, раненого, истекающего кровью старика, протягивающего ему кольцо и картину Фабрициуса, только что висевшую на стене рядом с «Уроком анатомии» Рембрандта и несколькими портретами кисти Франса Халса. Мальчик выносит крошечное полотно на улицу, еще ничего не зная ни о судьбе матери, ни о том, что отныне за ним наперегонки начнут охотиться копы и органы опеки, передавая его из одной семьи в другую, а затем и полубезумные антиквары, желающие заполучить шедевр международного значения.

Позже, случайно прибившись к мастерской реставратора старинной мебели, Тео Декер становится преуспевающим (читай: плутоватым, нечистым на руку) торговцем предметами искусства. «Щегол» Фабрициуса хранится у него сначала в спальне, прикрепленный скотчем к кровати, затем в ячейке анонимного хранилища, пока однажды изрядно постаревший Поттер не узнает, что картину ему подменили и нужно таки вернуть оригинал человечеству. Во искупление грехов, причем не только и не столько собственных.

Все это даже не спойлер, поскольку в книге у Тартт происходит много всевозможных событий, способных заполнить не один сезон плотного телесериала на платном канале. Тем более что сюжетная канва в «Щегле» — не самое важное. Гораздо существеннее — ну, скажем, рассуждения об искусстве и «за жизнь», а также намеренно растянутый, как бы несовременный хронотоп массивного 800-страничного повествования, требующего полного погружения.

Впрочем, фабула, в которой все срифмовано и постоянно перекликается, делает это погружение максимально комфортным: оторваться невозможно, несмотря на разные сюжетные шероховатости. Которые, впрочем, принимаешь как данность, кладешь себе на ум, чтобы это не мешало читать увлекательную книгу дальше.

К примеру, откуда у Велти, раненого деда из музея, оказался в руках «Щегол» Фабрициуса? Если его смертельно ранило взрывом, то когда он успел подобрать картину? А если не подобрал — получается, украл со стены, невзирая на видеокамеры? Велти сам, что ли, устроил этот взрыв, в котором погиб и навсегда покалечил любимую внучку? Рассчитал все, как в «Афере Томаса Крауна», да, оказывается, не совсем все, вот и попался? Тартт не дает ответа, тем более что это и неважно: табуретка романа стоит на собственных ногах, внутри книги плещется, кипит и пенится самодостаточный мир, в реальность которого приходится верить для того, чтобы узнать, чем «сердце успокоится». Значит, все срослось и склеилось максимально верно.

Несоответствий в романе много и сначала думаешь, что это Тартт что-то недоработала. Но ближе к финалу отчетливо видишь, что искусство в «Щегле» — это только прикрытие для предельно личного, искреннего авторского высказывания, которое если и можно проговорить, то лишь как бы между делом, впроброс, переупаковав его в формат новой, обезжиренной серьезности, только и доступной нынешнему читателю. Это мысли о собственных страхах и страстях, о неизбежном ожидании смерти и о тяготах ежедневных потерь, ведь у каждого человека есть мама, проблемы взросления, застрявшие где-то внутри, неизбывного одиночества.

Великий Рильке, воспитывая своего пасынка, что, повзрослев, станет великим художником Балтюсом, любил повторять, что в каждой картине должна быть трещина, потому что именно сквозь нее просачивается свет. Фабульные несоответствия «Щегла», в последней главе внезапно оказывающегося автобиографическими записками Тео Шекера (что противоречит оптике некоторых сцен из начала романа), нужны для того, чтобы сквозь неплотно пригнанные сюжетные блоки начал проникать «свет истины», о котором и говорил Ницше.

Читая, я все время думал, почему в качестве эмблемы романа Тартт выбрала картину малоизвестного Фабрициуса, а не более знаменитого Рембрандта или еще более символически нагруженного Вермеера. Или же Леонардо, как поступил Дэн Браун, для того чтобы придать своему музейному блокбастеру поистине международный размах.

Во-первых, потому что «Щегол» — тихий камерный роман о чувствах и страстях. Во-вторых, Донна Тартт писала книгу все же о людях, а не об искусстве. Живопись, художники, музеи и антиквариат здесь не самоцель, но возможность говорить о существенном. Выбирая на роль первого плана какого-нибудь эмблематического харизматичного живописца, она автоматически перекашивала бы композицию романа в сторону искусствоведческой схоластики. Вот почему ей и понадобился «незаюзанный» масскультом Фабрициус. Так порой кинорежиссеры берут на главную роль никому неизвестного человека со свежим лицом.

И самое важное, в-третьих, все рассуждения о неброском шедевре Фабрициуса, помогающем жить, утешающем и поддерживающем в моменты невзгод, — это не что иное, как метарефлексия Донны Тартт, автора трех романов о собственном творчестве и месте в культуре — негромком, вполголоса, но качественном и предельно возвышенном, благородном. Ну да, как раз между современными Рембрандтами и не менее современными Вермеерами.


Смотрите также

Описание: